Добрый сайт о БДСМ
27Сен/143

Лучший друг

Боль, смешавшаяся с удовольствием - одно хорошо сочетается с другим.

Хотелось бы предложить вашему вниманию кое-что из своих произведений, а именно одну небольшую повесть, посвященную теме БДСМ, раскрытию себя и своих склонностей. Сама история и герои взяты не из реальной жизни, а созданы под влиянием творческой фантазии, так сказать. Тем не менее, определенные эмоции, пережитые мною в жизни, послужили хорошим источником вдохновения для написания некоторых отдельных сцен. Надеюсь, книга найдет своего читателя, читается она в принципе легко, да и страниц в ней в общем-то не так уж и много... Приятного чтения и спасибо за внимание!

«I часть»
18 мая, воскресенье 20:10

Доверие… уважение… взаимопонимание. Я твой единственный друг, и я знаю, какое значение имеют для тебя эти слова.

Я был на твоей свадьбе… ты выглядела по-настоящему счастливой. Я улыбался, наблюдая за красивой молодой парой, собирающейся стать семьей, и в то же время сам крепко держал за руку женщину, которую я люблю…

Меж тем я с нескрываемым сладострастием наблюдаю, как ты дрожишь и даже не пытаешься это скрыть.

Безмолвие леса настигало нас со всех сторон. Именно в безмолвии рождалась истина, непостигнутая нами в привычной жизни.

Что-то оборвалось… где-то нарушилось… и ты не слышишь собственных мыслей, даже их приглушенного шепота. Тихо стонешь под моим взглядом, полным жажды владеть тобой… бережно, но властно. Как ты сама этого давно хотела, так неосмотрительно посвящая меня в интимные подробности своих тайных желаний. К сожалению или великой удаче, ты не замечала того, как я к этому отношусь и что чувствую, когда ты рассказываешь мне о своих фантазиях. Что ж. Я всегда умел хорошо скрывать свои эмоции.

Все остается позади… проблемы и обязательства… мы в самом центре наших порочных снов... Единственное решение, которое я только могу сейчас принять – это позволить тебе сдаться. Я останавливаю машину. Выключаю фары и глушу двигатель. Мы приехали.

Смотришь на меня… твои глаза полны слез, но это от перекрывающих тебе кислород эмоций. Ты вне мысли сейчас. Вне разума. Такая красивая и в то же время безумная. Никогда не видел тебя такой… похожей на хрупкий стеклянный сосуд, который не в силах больше удерживать влагу.

Тихая, робкая… жмешься в сиденье автомобиля, пытаясь все же совладать с мелкой дрожью все больше стремящегося ко мне тела, в котором слились возбуждение и страх. Я чувствую это. Они оставляют невидимый отпечаток на моей коже.

- Доверься мне. Я не сделаю ничего из того, о чем ты сможешь впоследствии пожалеть.

Ты вздрагиваешь, услышав мой голос, ведь за последние полчаса никто из нас так и не произнес ни слова, и опускаешь глаза. Губы твои сжаты, и ты молчишь.

Я выхожу из машины и открываю тебе дверь, подаю руку. Ты медленно выходишь, так и не поднимая на меня своих глаз. Ставлю машину на сигнализацию, беру тебя за руку и веду в сторону дома, где расположена моя рабочая квартира, можно сказать, переделанная под офис. Она так же бывает и местом, где я время от времени бываю, когда у меня не возникает желания куда-либо идти и хочется просто побыть одному. Тихий район на краю города… убежище от внешнего мира…. пристанище моих мыслей, снов, планов, идей…

Я так часто заходил в тупик и не мог найти правильного решения. Есть множество волнующих меня вопросов, они остаются без ответа и по сей день. Я знаю, что не существует единственно-верного пути… есть много способов стать счастливым. Сейчас ты со мной, и это здорово… На самом деле, это единственное, что имеет для меня значение в данный момент… Ничего не может быть важнее настоящего, в котором ты действительно по-настоящему живешь.

*********************************************************************

- Чего ты хочешь сейчас больше всего? – Спрашиваешь ты меня, закрывая входную дверь, отделившую нас от внешнего мира, на несколько крепких замков.

Чтобы точно не смогла убежать?

Я стояла напротив тебя достаточно близко для того, чтобы коснуться рукой твоего лица, но недостаточно для того, чтобы произнести вслух все то, что ты хотел услышать от меня сейчас.

Ты смотрел прямо в мои глаза и не двигался, твердо решив добиться от меня ответа на свой вопрос. Моя попытка опустить лицо не увенчалась успехом, поскольку твоя рука тут же пресекла её, уверенно взяв меня за подбородок и не позволяя увильнуть от того неудобства, которое мне доставлял наш зрительный контакт.
- Ты будешь смотреть мне в глаза. И я заставлю тебя говорить.

Голос твой прозвучал очень спокойно, но сердце внутри меня забилось громче и быстрее, с каждым своим последующим ударом все сильнее оглушая меня, не давая мне мыслить и анализировать. Твой взгляд растлевал меня… вынуждал чувствовать себя неловко и странно. Я не чувствую себя в безопасности, хотя знакома с тобой уже много лет. Я чувствую себя слишком уязвимой. Беспомощной. Что? Что я должна сказать?
- Я не уверена, что могу что-то решать сейчас. Я смущена и напугана… скажи, как мне вести себя, и я постараюсь сделать все, что ты скажешь.

В ответ на мои слова, которые прозвучали достаточно тихо и не очень внятно, ты молча прошел в гостиную и сел на диван. Посмотрел на свои часы, снял их и отложил в сторону. Взял с журнального столика портсигар и неспешно вытащил из него одну сигарету. Немного подержав её между своими пальцами, все же прикурил и глубоко затянулся пару раз.

Я вдруг понимаю, что очень хочу курить. Но не могу пошевелиться. Ты ничего не говоришь уже, кажется, целую вечность, и от этого мне еще больше не по себе.
- Я не понимаю, что мне сделать? Я…
- Раздевайся.
- Что?
- Раздевайся! – Уже жестче повторил ты, и у меня сразу пропало желание спрашивать у тебя что-то еще.

Мне пришлось проделать восемь нелегких шагов и выйти из темноты коридора, для того чтобы ты смог лучше меня рассмотреть. Поэтому я остановилась в центре гостиной, прямо напротив тебя, и уже после этого начала медленно расстегивать пуговицы на своей блузке. Сначала это было нелегко. Первая пуговица далась мне с большим трудом, руки не хотели подчиняться, движения были неуклюжими и резкими. Я чувствовала, что ты наблюдаешь за мной, изучаешь меня, оцениваешь. Мне было стыдно и в то же время приятно.

Последние пуговицы дались уже легче. Наконец, я откинула блузку в сторону. Вслед за ней последовала юбка и все остальное. Я стояла перед тобой голая и возбужденная, и, видимо, оттого мне было еще труднее смириться с той невозмутимостью, с которой ты смотрел на меня и ждал, когда я унижусь перед тобой еще больше. Мы оба ждали этого, но все же это не помогало мне контролировать свои эмоции.

Твоя энергетика пронизывала меня насквозь, открыто побуждая к действию… Захваченная, завороженная ею, дрожа от предвкушения и желания, я медленно опустилась на колени и, неуверенно встав на четвереньки, стараясь подчинить себе каждое движение моего тела, проползла небольшой отрезок плоскости до твоих ног…
- Ты действительно очень податливая девочка, не так ли?

Несмотря на все более возрастающее желание, чувствительность моего тела, его отзывчивость и готовность продолжать завязанную между нами игру, мне хотелось провалиться сквозь землю, отречься от своих слов и действий. Я сгорала от стыда. И это было совсем не как в моих фантазиях. Мне хотелось как можно скорее снять с себя бремя ответственности. Не чувствовать себя падшей… раскрытой… уличенной в чем-то плохом и извращенном. А ты ждал от меня того, что я подпишусь под всем этим.

Ты делаешь последнюю затяжку и тушишь сигарету. Между нами повисает небольшое облако табачного дыма, и я жадно вдыхаю его, наполняя свои легкие твоим присутствием… дыханием… запахом… этой приятной смесью, состоящей из сигаретного дыма и желания… Я стою на четвереньках у твоих ног и смотрю на гладкую поверхность пола… мне нравится быть внизу… мне приятно осознавать твое превосходство надо мной.

В следующий миг я почувствовала, как ты запустил свои пальцы в мои волосы и потянул за них так, что мне пришлось поднять свою голову и посмотреть на тебя. У тебя был довольно серьезный и строгий взгляд, но он отражал твою силу и страсть, влечение и что-то еще… что-то еще… чему мне сложно дать определение… трудно опознать… не представляется возможным даже вычленить это из всего многообразия тех эмоций и чувств, которые, перемежавшись, отражались в твоих зрачках.

*********************************************************************

- Мне придется тебя выпороть, если ты собираешься и дальше игнорировать мои вопросы.

Но ты продолжаешь сопротивляться, бороться с собой, не смотря на то, что сама проделала несколько минут назад. Будто словесное подтверждение факта придаст ему кардинально новую, превалирующую значимость над той, какую несет в себе свершенный факт сам по себе, как действие.
- Прежде, чем я это сделаю, хочу, чтобы ты знала: тебе не будет приятно, я не собираюсь тебя жалеть. Скажи мне, ты хочешь почувствовать боль? Если так, тогда все понятно.

Я потянул за твои волосы сильнее, вынуждая поднять тебя голову еще выше. Это было не совсем удобно, и вызывало у тебя неприятные, определенно лишенные комфорта, ощущения в области шеи… Тебе это не нравится, всем своим видом ты показываешь мне это. И все же ты ничего не отвечаешь, более того, ты начинаешь упираться и пытаешься выскользнуть из моих рук, обозначивших границы твоих возможных решений.

Что ж. Ты сама сделала свой выбор.

Мне не составляет особого труда выполнить свое обещание. Я гораздо сильнее тебя. И, несмотря на то, что ты пытаешься сопротивляться, все твое тело, ты сама, жаждешь, чтобы я надавил на тебя… сломал… и без того обезоруженную – обезоружил. Ты сама лишила себя права решать, предоставив мне неограниченную возможность распоряжаться тобой в ограниченное количество минут.
- Вот так…

Каждый мой новый удар оставлял красноватый след на твоей маленькой попке, своеобразное временное клеймо, продырявившее твое сознание.

Вот так.

Твои запястья были крепко зажаты между пальцами моей левой руки. Тонкие, хрупкие, они дрожали, временами напрягаясь и пытаясь высвободиться, но безуспешно. Я практически не применял силы, удерживая их.

Вот так.

Ты тихо плакала, пытаясь спрятать свое лицо от моих внимательно наблюдавших за тобой глаз. Твой стон, дразнящий, полный беззащитности, желания и стыда в какой-то момент перешел практически в крик. Тебе стало больно, но ты даже не попыталась, насколько это, конечно, было в твоих силах, остановить меня.

Вот так.

Я чувствовал, как ты сжимаешься подо мной, переставая дышать в предвкушении следующего удара, и мурашки пробегали по всему твоему телу. Я ощущал запах твоего желания, чувствовал его влажное прикосновение к моим горячим ладоням, оно все усиливалось, и мне безумно сильно хотелось ощутить его внутри тебя, особенно в те моменты, когда ты приподнимала свою попку, выгибая спину и так призывно демонстрируя мне его.
- Вот так…

Но было еще не время…

*********************************************************************

Ты перевернул меня на спину, подняв мои руки у меня над головой и продолжая удерживать их. Твой взгляд собственнически пробежал по всему моему телу и теперь остановился на моих глазах. Я почувствовала странное ощущение, как будто ничего кроме твоего взгляда больше не существовало… меня больше не существовало. Новая реальность нанизывала меня на свои острые иглы и пускала по открытым ранам бурлящий поток жизни. Мне хотелось раствориться во власти данных секунд, слиться с настигнувшей меня действительностью в единое целое. Всем своим нутром я понимала – это было бы правильно. Я никогда не чувствовала себя более живой.
- Теперь ты скажешь мне? – Твой вопрос эхом прозвучал у меня в ушах… этот тихий серьезный голос… тишина, нависшая за ним… твой сосредоточенный взгляд, не выпускающий меня из своих тисков ни на секунду… я задыхаюсь под ним, но все так и должно быть.

Я приоткрыла рот в поиске ответа и почувствовала, как сильно пересохло у меня в горле. Я не могу ничего произнести, как не пытаюсь. Тем временем ты медленно и нежно проводишь по моей щеке своей свободной от моих рук ладонью. Я позволяю себе немного расслабиться и закрыть глаза, наслаждаясь ощущением легкого прикосновения к коже… этой почти неосязаемой лаской.

Внезапно твоя рука замирает на моем лице…

Еще через мгновение я получаю пощечину, четко очертившую на моей не вполне готовой к удару щеке, горячий контур твоих пальцев… из меня вырвался невольный стон.
- Ты слышала мой вопрос? - Твой холод подводит меня к краю пропасти…

Ты вопросительно смотришь на меня.

Нет, я не возражаю… просто мне трудно дышать.
- Да. – Слабым голосом, наконец, выдавливаю я из себя. И тут же вновь повторяю, – да, – насколько возможно для меня сейчас громче.

Ты снова ласково проводишь своей ладонью по моей щеке, словно поощряя меня за ответ. У тебя уверенный и спокойный взгляд, устремленный вглубь моих зрачков… Никак не могу к нему привыкнуть. Моя кожа еще горит на месте удара. Я невольно зажмуриваюсь, когда ты перестаешь гладить меня и убираешь руку от лица. Сердце бешено колотится, эмоции переполняют меня. Мне страшно… и я слишком возбуждена.
- Тогда будь хорошей девочкой, расскажи мне, чего ты хочешь?

Разум предательски затуманен, мысли путаются. Но, несмотря на это, я всеми силами пытаюсь сконцентрироваться и подобрать нужные слова. Я знаю, если я этого не сделаю – ты разочаруешься во мне. Мне так кажется. Но мне действительно не по себе, я очень волнуюсь, хотя я сама всего этого хотела.

Я понимаю, что мое молчание слишком затянулось, и я должна начать говорить. Сейчас. Тянуть дальше некуда.
- Хочу… - Произношу я в настойчивой попытке побороть свой страх и хотя бы на время забыть про свое смущение. Чувствую, как голос у меня дрожит, не желая поддаваться моим собственным уговорам.

«А ты уверена, что он действительно хочет это услышать?

Тихо… тихо… тихо.

Не думай… просто говори и все».
- Хочу ублажать тебя… прогибаться перед тобой… чувствовать твою силу и страсть… становиться все ниже и ниже… насколько ты этого захочешь, - с минуту помолчав, я добавила, - этого хочу я.
- Хорошо… - Спокойно ответил ты, продолжая сводить меня с ума своим вожделеющим взглядом и не давая мне возможности пошевелиться… – Только откуда такая самоотверженность? Ты ведь даже не знаешь, чего я хочу от тебя, и уже так уверена, что способна принять и насладиться всем тем, что я, возможно, захочу с тобой сделать. Не кажется ли тебе, что это… немного опрометчиво?

Конечно, я растерялась, но, кажется, ты и не ждал, что я отвечу тебе. Вероятно, смятение и испуг в моих глазах сделали свое дело.

Ты слегка улыбнулся уголками своих губ и затем отпустил мои руки, которые все это время держал у меня над головой. Я пошевелила ими, не меняя своего положения. После этого ты ненавязчиво провел своей только что отпустившей меня рукой по моей шее… между грудей… и животу… медленно, будто смакуя, ты пробовал меня на ощупь.
- Ты очень красивая… - Несколько минут спустя произносишь ты, продолжая гладить меня, возбуждая и, одновременно, как будто успокаивая своими прикосновениями. Но, несмотря на это, я слишком напряжена… мое тело настолько чувствительно, что даже от мягких прикосновений меня словно на короткое мгновение бьет током… я дрожу… губы мои немеют… руки… все лицо… - Расслабься… сделай глубокий вдох… медленно… вот так… выдох… закрой глаза… - Я послушно отзываюсь на все твои просьбы… выполняя то, что ты говоришь… впитывая в себя все ощущения… тембр твоего голоса. – Доверься мне. Больше от тебя ничего не требуется.

*********************************************************************

Такая открытая и влажная… я нежно провожу рукой по твоим розовым и немного набухшим от возбуждения губам, аккуратно раскрывая их… ты тихо поддаешься вперед, когда я начинаю направлять свои пальцы внутрь тебя… твоя смазка позволяет мне очень мягко и так же легко войти… протяжный стон срывается с твоих полуоткрытых губ… он ласкает мой слух своей неподдельной искренностью… я медленно выхожу и снова вхожу в тебя, до конца погружая свои пальцы в твое горячее лоно… и повторяю это… снова… и снова…

Мне хочется замучить тебя до смерти, ведь я не знаю, когда увижу тебя вновь. Сейчас ты так доступна и раскрепощена… и это дверь, в которую ты до сих пор никого не пускала, открыта для меня. Словно я прохожу сквозь твои мысли и сны беспрепятственно и спокойно… поглощая тебя… миллиметр за миллиметром… выпивая тебя… эмоцию за эмоцией… страх… желание… покорность… удовольствие.

Я не захожу слишком далеко… скорее даже так… вожу тебя по поверхности… Все слишком хрупко… все так легко испортить… Я во многом следую твоим фантазиям… я хорошо владею собой.

«Я хорошо владею собой». - Повторяю я сам себе… про себя… уверенно и тихо… как привык говорить другим. И это помогает.

«Ты не готова», - и уже более прочно можно прощупать эту грань между желанием надавить посильнее и пониманием простых вещей.

«Ты захочешь этого снова… еще… больнее… серьезней». - Я уверен. Я знаю, как это обычно бывает.

Ты кончаешь… несколько раз сзади… несколько раз я… одновременно… ты взлетаешь, я помогаю тебе мягко приземлиться… я могу быть и нежным… обволакивающим, как сон… и ты проваливаешься в меня, как в спасительное окно… в мое спокойное: Все будет хорошо.

*********************************************************************

Среди ночи я проснулась… резко, словно кто-то только что пырнул меня ножом в живот… холодный пот окатил меня внезапной волной… Темно и тихо… время будто застыло в этой комнате… остановилось в моей голове… Вихрь мыслей увлекает и опустошает меня…

Неужели это действительно произошло?

Неслышно встать и уползти… но мои ноги еле меня держат, отравляя соблазном остаться и сейчас же провалиться в глубокий сон… я чувствую себя такой усталой… но что-то толкает меня к движению… чувство долга… ребенок… муж… и, вот, я уже оделась и, можно сказать, практически взяла себя в руки… взрослая, независимая женщина с перечнем обязанностей и обязательств… я должна быть сильной… мне нельзя пускать все на самотек… понимание этого наваливается на меня тяжелым грузом, и я уже готова сама себя запилить… за то, что была не права и порочна… за то, что так облажалась…
- 3 часа ночи.
- Да…
- Будет лучше, если ты останешься у меня. Утром я отвезу тебя домой.

Тихий голос вырывает мое сознание из собственных размышлений, и я чувствую, как шаги, повисшие в холодном пространстве, окружившие меня со всех сторон, словно взявшие в бестактильный плен, заполняют собой странную пустоту, образовавшуюся в моем сердце за несколько мгновений до их появления… естественного… необходимого… и, наконец, столь интимно-близкого, что я оказываюсь в руках неподвластного моему сознанию ощущения, будто мной неслышно повелевает кто-то сверху… желание, которое я испытываю при этом, позволяет закрадываться этому ощущению глубоко внутрь моих мыслей, парализуя их… открывая мое тело миллиону возможностей быть использованным этой огромной силой, существующей вне меня, но неизбежно меня наполняющей и, вслед за тем меня же и опустошающей, выбрасывающей за пределы собственного существования… делающей меня абсолютно покладистой и свободной… приближающей меня к чему-то бестелесному и безграничному… бесконечному и совершенному.

Сила твоего желания открывает во мне мою истинную сущность… ты знаешь ее лучше меня… ты видишь ее во мне яснее.

Проникай в меня… прорастай в меня… забери меня туда, где не существует ничего, кроме сплетения наших чувств и эмоций… красоты… чистоты… искренности… нас.

Укради меня… унеси меня… забери…… меня.

«II часть»
19 мая 7:50

- Мама! Мама! Смотри, какая кошечка! – Рыжеволосая девочка легонько ударяет по боковому стеклу машины, усиленно пытаясь привлечь внимание своей матери, задумчивой и сонной, устремленной куда-то вглубь себя.

В это же время светофор показывает красный свет, и машина останавливается на перекрестке. Взгляд молодой женщины блуждает по суетливым прохожим, торопливо переходящим через дорогу. Девочку она как будто не слышит.
- Ну мааам!
- Да, доченька, замечательная кошечка. – Наконец, неохотно изрекает молодая женщина, обращая свое внимание на небольшой рыжий комок шерсти, беспокойно ютящейся у входа в продуктовый магазин на углу улицы. Через несколько секунд загорается зеленый свет, и она вновь начинает следить за дорогой.
- Ну мааам! – Девочка не выдерживает и дергает свою маму за рукав куртки, все силы направляя на то, чтобы передать ей свой детский восторг и восхищение и, недоумевая, как же можно при всех её попытках и стараниях оставаться все такой же холодной и равнодушной.
- Ну что такое, солнышко? Ты можешь сидеть спокойно? Ты же видишь, я за рулем… Перестань меня дергать! Это не смешно. – Она почти не нервничает, только голос ее слегка дрожит. Спокойно, практически не отвлекаясь от дороги, молодая женщина отцепляет от себя руки своего беспокойного чада, которое, конечно же, вовсе не намеренно, но все же в достаточной степени затрудняет безопасное управление автомобилем.

Девочка вдруг резко замирает и замолкает, как будто обдумывая только что поступившую ей в голову мысль, но все же не рискует произнести её вслух. Ей вовсе не хочется расстраивать свою маму, которая и без того уже с утра немного не в духе.

Так, в тишине они проезжают торговый центр «Парк Хаус», и девочка, пытаясь переключить свое внимание на что-нибудь, что угодно другое, принимается внимательно рассматривать машины, тянущиеся длинными рядами по периметру всего здания, но они ее не увлекают, и, напротив, все более погружаясь в их несчетное, бесконечное количество, все сильнее она возвращается к своим собственным размышлениям. Одна и та же мысль неконтролируемо крутится у нее на языке. В конце концов девочка не выдерживает и сдается:
- Давай заведем котеночка, мам? – Аккуратно, но с невыразимой тоской в голосе, произносит девочка и глубоко вздыхает. Усилием воли она складывает беспокойные ладошки на своих маленьких коленях и умоляюще смотрит на свою маму. – Пожааалуйста…
- Варвара, мы уже обсуждали это очень много раз. – Очень серьезно говорит ее мама и медленно заезжает во двор школы.

Звонок только что дали, и множество детей и подростков, вооруженных рюкзаками и пакетами со сменной обовью, начали обступать входные двери старого кирпичного пятиэтажного здания, приветливо принимающего всех ребят в свои скромные владения.
- Но почему? – Отчаявшись, произносит девочка поникшим голосом, уже не надеясь получить ответ.

Она опять проиграла…

Дорога до работы у молодой женщины занимает около получаса. Никуда особо не торопясь, она заходит в кафе, расположенное на первом этаже офисного здания и покупает себе чашку горячего ароматного кофе.
- Выпечки не желаете? Свежие булочки, хот-доги?
- Нет, спасибо.

Она совсем не голодна или, возможно, ей просто сейчас так кажется. Зато она крайне остро ощущает все события минувшего вечера. Взгляд, прикосновение, голос как будто незнакомого ей человека, так искусно примерявшего на себя маску хорошо знакомого ей друга, делают мысли девушки бессистемно скачущими в пространстве головы и желудка. Она привыкла держать под контролем свою жизнь и все, что в ней происходит. Теперь она ясно чувствует, как маленький винтик в этой созданной ею схеме выкручен ей же самой, и что в скором времени он так же будет предан забвению в водовороте неминуемых событий, неизбежно ведущих к распаду всей этой старой схемы.

Она никогда не изменяла своему мужу, старалась жить правильно, хотя сама, на самом деле, терпеть не может это слово. В детстве она редко нарушала правила, но все равно часто получалось так, что она поступала по-своему. В принципе, так происходит и по сей день. Несмотря на далеко не мягкий и достаточно упрямый, своенравный характер девушки, ее основное окружение всегда ей симпатизировало. У нее есть своя точка зрения по поводу любого вопроса, и девушка старается ее придерживаться, редко когда меняет свое мнение о чем-либо. В целом, она общительная, но это касается только отдельных, довольно нейтральных тем. Недоверчивая… доверяет немногим, но сильно. Реалистка. Ценит смелость и искренность, и сама старается быть такой.

Она смотрит в зеркало и видит перед собой красивую молодую девушку с немного потерянным взглядом. На вид ей 23-24 года, не больше. Ее длинные светло-каштановые волосы и большие изумрудные глаза в сочетании с худобой и природной бледностью кожи девушки выглядят удивительно гармонично, придавая ее внешнему виду какую-то особую изюминку… таинственность… своеобразную сексуальность, присущую только ей и ее образу, а также естественным от природы данным… Она часто привлекает к себе внимание молодых парней и уже достаточно зрелых мужчин и прекрасно знает, какое оказывает на них воздействие… вот только сама она всегда принадлежала лишь одному мужчине.

Они познакомились еще в школе, в девятом классе. Отношения развивались медленно, он был на редкость порядочным мальчиком, ей это нравилось. Со временем влюбленность плавно переросла во что-то большее… серьезные отношения. Так, после школы ребята, наконец, поженились, и через девять месяцев у них родилась девочка. Институт девушке пришлось на время бросить, но она из-за этого особо не переживала, и через три года снова продолжила свое обучение. Год назад получила образование и устроилась на работу. Муж в скором времени открыл свой бизнес и начал постепенно развивать его. Девочка подрастала… В семье царили отношения, полные взаимопонимания, любви и уважения друг другу… она никогда не думала, что что-то может пойти не так…

Просторный кабинет, любимое кожаное кресло, большое окно и много дневного света… Все так привычно и знакомо. Все вроде бы как всегда. Но совершенно по-другому внутри нее самой. Разум отказывается принимать решения. Отказывается работать. Эмоции ведут ее в сторону чувственного, но совершенно иррационального… Но она не может сопротивляться. Даже если бы она хотела. Слишком долго она этого ждала.

Внезапный телефонный звонок возвращает девушку к реальности, и она вздрагивает от неожиданности, не готовая ее, эту реальность, принять.
- Алло.
- Привет. Как дела?
- Привет. Все, как обычно. Я на работе.
- Как Варя? Успели к началу уроков?
- Да, успели, все хорошо.
- (Из динамика мобильного телефона раздается тихий смех) Вчера вечером готовили с ней шоколадное печенье… пытались освоить твой фирменный рецепт. Варюшка, оказывается, так любит какао. Налопалась его и хохотала. Знаешь, у нее такой заразительный хохот. Как вспоминаю – сразу улыбаюсь. Любимая… я бы очень хотел проводить с вами больше времени. С вами обоими.
- Все нормально.
- Но мои командировки…
- Все нормально. Это же твоя работа, никто не сделает ее за тебя.
- Да я знаю… знаю. Просто временами мне так сильно не хватает моих любимых девочек.
- Мне тоже тебя не хватает, дорогой.
- … Люблю тебя. Хочу, чтобы ты знала, я очень сильно люблю тебя… и нашу малышку… очень.
- Я тебя люблю, - к горлу девушки подкатил ком, в глазах застыли слезы, она тихо и глубоко вздохнула, всеми силами пытаясь не выдать своего состояния мужчине, в котором очень нуждалась…. и она об этом сама достаточно хорошо знала.
- … Как прошел вчерашний банкет, много людей было?
- Немало, Ульяна любит шумные праздники.
- Не думал, что тебе придется остаться.
- Да я и сама не хотела, ты же знаешь. Просто надо было помочь прибраться. Она все-таки моя родная сестра… это ее праздник.
- Да, конечно, я все понимаю… Только зачем было оставаться? Мы и так слишком мало времени проводим вместе. Ты оставила свою машину во дворе, но я мог бы сам приехать за тобой… Можно было взять такси на худой конец.
- Да, все верно… можно было. Я просто подумала, что так будет лучше. Тебе рано вставать. Варе тоже. – Ее искусственно-спокойный голос выглядел вполне убедительно на фоне отсутствия какой-либо визуальной картинки перед глазами ее собеседника, и это ее спасало.
- Ох, любимая… Я так за тебя переживал. Когда ты позвонила вчера вечером, мне показалось, что ты была расстроена… сегодня утром тоже…. Мне кажется, что что-то идет не так, но ты не хочешь мне об этом сказать.

В какой-то момент ей показалось, что он обо всем догадался, что она попалась, и теперь ей уж точно не спастись. Он так хорошо ее знал. Ее привычки… характер… легко угадывал ее настроение.

Она присела на край своего рабочего кресла и зажала рот рукой. Слезы потекли по ее лицу беззвучным потоком.

Она мысленно похоронила свой брак и теперь оплакивала его.
- Почему ты молчишь, Алина?

Алина не могла произнести ни слова, лишь еще плотнее зажимала свой рот рукой, не позволяя себе быть застигнутой врасплох. Телефонная связь неожиданно прервалась, девушка отложила свой мобильник в сторону и, закрыв свое лицо руками, наконец, спокойно заплакала, не заботясь о том, что ее может кто-то услышать… Она была совсем одна.

Домой Алина вернулась раньше обычного. Списав свое состояние на зачатки обычной простуды, она тем самым избавилась от ненужных вопросов коллег и начальства, изображающих искреннее беспокойство и тревогу за ее здоровье. Уйти пораньше – было делом нехитрым. Никто никогда на работе силком ее не держал. Говоря прямо, она не была незаменимым сотрудником, обычный менеджер младшего звена, каких в компании было без малого человек двадцать, и все они стремились любыми известными им способами пробиться на более высокие должности, всячески заискивая перед начальством и выставляясь. Она терпеть не могла свой коллектив и была рада возможности работать, практически не выходя из своего кабинета. Но, когда все же по долгу службы ей приходилось соприкасаться с различными проявлениями не самых лучших сторон характера и поведения ее сослуживцев, девушка всегда могла постоять за себя, умело демонстрируя силу своего характера и непробиваемость практически в любой ситуации, даже если внутри нее рушились целые миры, и билась в истерике маленькая упрямая девочка, не желающая принимать несовершенство материального мира, в целом, и отдельных его личностей, в частности.

На часах половина четвертого… открытая пачка сигарет одиноко валяется на столе – единственный собеседник девушки на ближайшую, по крайней мере, пару-тройку часов. Алина бросила курить почти девять лет тому назад, и за все это время она ни разу не притронулась к сигаретам. Но сегодня девушка не думала об этом. Вдыхая яд замедленного действия, она отчаянно боролась за то, чтобы вернуть себе чувство внутреннего спокойствия, которое так внезапно и, вместе с тем так неизбежно покинуло ее.

Несколько сигарет не сделают жизнь лучше, но кто, если не они, успокоит ее сейчас?

«Кто, если не они», - думает девушка и выпускает в чуть приоткрытое окно в гостиной несколько облачков табачного дыма. Она глубоко и очень медленно затягивается, отчего с непривычки у нее начинает кружиться голова. Но она сознательно продолжает курить и дальше, не обращая никакого внимания на подступающую тошноту и спастическую боль в желудке.

Она ненавидит себя… и все равно ждет его звонка… и презирает себя за это.

Несмотря на усилившееся головокружение и, вообще, достаточно усугубившееся состояние в целом, Алине, в каком-то смысле, становится легче. Физическое отвлекает девушку от эмоционального, и мысли в ее голове постепенно утихают, уступая место достигшей своего предела боли, сфокусировавшей на себе все ее внимание.

Перед глазами у Алины начинает все расплываться, и она опирается на подоконник обоими руками, в надежде все-таки сохранить равновесие. Но глаза ее закрываются сами собой, и через несколько секунд девушка теряет сознание.

Алина проснулась сама через пару часов. Дома она была по-прежнему одна. Аккуратно поднявшись на ноги и слегка облокотившись на шкаф, расположенный возле окна, девушка, вдруг неожиданно для самой себя, обнаруживает, что у нее уже ничего не болит, и даже тошнота почти прошла. Осталось только неприятное ощущение тяжести в голове, но это удар от падения так напоминает о себе. Как будто проснувшись после долгого сна, Алина еще некоторое время не может прийти в себя. Застыв в одном положении, задумчиво смотрит в одну точку, поглощенная какой-то странной растерянностью.

На часах без четверти шесть… словно вспомнив о времени, девушка, наконец, понемногу начинает отходить от своего состояния. Так, она находит свой мобильный телефон, выключенный и разрядившейся еще днем, и заряжает его от сети при помощи небольшого аккумулятора, все это время спокойно лежавшего у нее в сумочке. Когда экран телефона загорается, на дисплее высвечивается двенадцать пропущенных звонков. Семь раз звонил ее муж, три раза – мама, один пропущенный вызов от дочки, еще один пропущенный от малознакомого девушке коллеги по работе.

От человека, чьего звонка Алина так сильно ждала, до сих пор не было никаких вестей. Это ее огорчало и настораживало. Она так хорошо знала Михаила, как своего друга, но совсем не была уверена в нем, как в любовнике. Ей хотелось верить, что ее браку ничто не угрожает, что события минувшего вечера никак не повлияют на отношение Михаила к ней… что он не влюбится в нее и не захочет преступить черту.

Запах табака еще блуждал по квартире, и Алина, раскрыв все окна в доме, тщательно уничтожала последние улики своего странного поведения, казалось бы, уже не имеющие к ней самой никакого отношения.

Она взяла себя в руки, привела свои мысли в порядок, позвонила мужу и попыталась ему все объяснить, прибралась в квартире и даже приготовила ужин… Внешне Алина выглядела безупречно спокойной и здоровой, но вот что было внутри, она усиленно пыталась скрыть даже от себя самой.

В это же самое время, на другом конце города, молодой успешный мужчина продолжал развивать свой уже достаточно налаженный и перспективный бизнес по оптово-розничной продаже одежды для маленьких детей. Только что он заключил на редкость удачную сделку… Еще одну на этой неделе. На этот раз он договорился о поставке новой линии одежды «Restless» для мальчиков от четырех до шести лет по удивительно низким ценам. Только это его отнюдь не радовало. Вопреки полученной выгоде, он ощущал досаду и тоску.
- Если ты видишь, что твоя жена несчастлива рядом с тобой, знаешь об этом и ничего не делаешь, ты – самый настоящий дурак, – говорил он обычно своим друзьям, но отчего-то сам сейчас чувствовал себя дураком…

Он был хорошим человеком. Любил свою семью и много работал. Временами мужчина бывал чрезмерно вспыльчив, но все же чаще он подавлял в себе свои эмоции, скрывая их от тех, кто ему действительно по-настоящему дорог. Смешанный тип холерика и флегматика. Но больше все-таки холерик, хорошо подчинивший себе свои чувства. Постоянен, не любит что-то менять в своей жизни. Надежен. Терпелив и мягок с теми, кого по-настоящему любит и готов их самозабвенно ото всего защищать и оберегать.

Обговорив возможные сроки поставки и попрощавшись с представителем, упомянутой уже ранее, линии одежды «Restless», мужчина сел в свой старенький серебристый ниссан и, с силой нажав на газ, обреченно направился в самую гущу автомобильных пробок…

Внешне он выглядел немного старше своих лет и был крепкого телосложения, довольно подтянутый в силу активного образа жизни, высокий. У него были короткие рыжие волосы и карие глаза. В целом, у этого мужчины была достаточно приятная внешность, не имеющая каких-либо видимых изъянов или особых примет. На отсутствие внимания со стороны женщин он никогда не жаловался, хотя и повышенного интереса к себе тоже не вызывал.

Пока он медленно продвигался по буквально целиком заполоненной машинами самой центральной дороге в городе и по возможности пытался разбирать свои рабочие документы по файлам и папкам, небрежно раскиданным на заднем сиденье автомобиля, ему позвонила его дочка и попросила заехать за ней к бабушке и забрать ее домой:
- Варвара, солнышко, а почему ты после занятий не поехала с тетей Леной домой?
- Я забыла свои ключи. Она отвезла меня обратно к бабушке.
- Понятно. Значит, дома ты так и не была?
- Пап, – по голосу девочки было понятно, что она начинает немного нервничать, – ты меня там слушаешь или нет? – Вообще она не очень любила, когда ее родители на ровном месте начинали так откровенно тупить. – Говорю тебе, я ключи забыла, – словно для маленького ребенка, медленно, с очень размеренной интонацией, повторила она.
- Хорошо. Я скоро подъеду, жди. – Сказал мужчина, как раз в этот момент разворачиваясь на перекрестке и меняя направление своего движения в сторону дома, где еще с самого первого дня их знакомства жила его теща.

Она жила прямо напротив Вариной школы. В те дни, когда у Вари были дополнительные занятия по музыке и изобразительному искусству, девочка всегда оставалась до вечера у своей бабушки, так как до дома нужно было добираться почти целый час. После занятий ее обычно забирала тетя Лена, живущая по соседству с Варей и ее родителями. Ленина дочь Яна тоже ходила на эти занятия, поэтому ее маме не составляло особого труда подвозить Варю домой.

Варя всегда была упрямым ребенком. В принципе, эта черта характера досталась ей по наследству от мамы. Она считает себя уже достаточно взрослой для того, чтобы самой принимать решения и не любит не перед кем отчитываться. Девочка, на самом деле, по своей натуре очень ранима, замкнута, мало с кем общается в классе. Внешне она была немного худеньким ребенком, чем пошла, скорее всего, тоже в маму. У нее были длинные рыжие волосы и большие голубые глаза…

- Милая, ты чего так нагрузилась? – Спросил мужчина, открывая своей дочери заднюю дверь автомобиля. В руках она держала больших, невероятных размеров, рюкзак. Казалось, Варя сложила туда все учебники, какие только могли у нее быть. Лицо у нее было недовольное и уставшее, рыжие волосы непослушно развивались на ветру, выбившись из-под резинки и местами закудрявившись. Резко откинув с лица несколько прядей волос, в очередной раз упавших ей прямо на глаза, она торопливо закинула свой рюкзак в машину и тут же уселась рядом с ним.
- Это бабушка. – Раздраженно буркнула она.
- Что, опять заготовки?
-Нет, вишневое варенье. – Всем своим видом девочка выказывала недовольство.
- Дак попросила бы меня подняться! Зачем было все тащить самой? Понятно же, что тебе тяжело.
- Папа, я хочу домой, я устала. Давай поедем уже, а? – Начинала стонать она.

Мужчина, на секунду зависнув где-то в своих мыслях, наконец, кивнул девочке головой в знак согласия, повернулся к рулю своего автомобиля, включил двигатель и быстро выехал со двора на проезжую часть… Он тоже сегодня устал, и ему хотелось как можно скорее приехать домой… без истерик и пустых разбирательств.

Практически всю дорогу они ехали молча. Лишь у самого дома Варя вновь заговорила:
- Пап…
- Да?
- А где наша мама?
- Она уже дома.
- Дома? Все хорошо? – Тревожно спросила девочка. – Я ей звонила недавно, она была недоступна… Бабушка тоже звонила. По-моему, она переживает.
- Все хорошо, милая. Все хорошо. Маме днем немножко не здоровилось, и она ушла с работы пораньше. А потом выпила лекарства и уснула… Телефон у нее сел.
- … А она давно уже дома?
- Несколько часов.
- Я не знала.
- Все нормально, не переживай из-за этого. Все хорошо.

Как раз в это время Алина разговаривала по телефону со своей матерью. Поначалу женщина отказывалась с ней говорить, обижаясь на то, что Алина уже с середины рабочего дня была недоступна, и обвиняя свою дочь в том, что она совсем не думает о своих близких, которые буквально места себе не находят, пока она спит себе дома спокойно. Но после многочисленных извинений Алины и ее абсолютного согласия со всем, что говорила про нее ее мать, даже если Алина имела на этот счет совершенно другое мнение, женщина, наконец, смягчилась и постепенно пошла на контакт.

Так, из маминых рассказов Алина узнала, что Варя почти весь сегодняшний день провела у своей бабушки, что ее частные занятия были отменены из-за плохого самочувствия преподавателя их группы, и что Варенька утром так торопилась, что забыла взять с собой ключи, отчего и не смогла вечером вернуться домой.
- Кто виноват, что она у тебя такая кукушка? Я всегда тебе говорила: нужна дисциплина. А ты погляди: сама безалаберная выросла и дочь такую же растишь. Я ведь всегда тебя учила быть ответственной и пунктуальной. На личном примере показывала. А ты что? Эх… С ума ты меня сведешь, Алина. Как ребенок до сих пор, хотя вроде уже взрослая женщина. Двадцать шесть лет, как никак… Поверить не могу, тебе уже двадцать шесть… как же быстро летит время…

Поворот ключа заставил Алину на мгновение вздрогнуть от неожиданности, но она тут же пришла в себя. Просто девушка не ожидала увидеть мужа с дочкой так рано, ведь ее мама сказала, что они выехали от нее только полчаса тому назад. Еще раз извинившись перед своей матерью и поспешно попрощавшись с ней, Алина медленно подкралась к коридору прихожей и аккуратно выглянула из за дверей кухни. Муж заметил Алину сразу же и бросил на нее серьезный и в то же время обеспокоенный взгляд, отчего девушка виновато отвела глаза. Варя тем временем стягивала с себя сандалии, недовольно бормоча под нос что-то самой себе и, как будто не замечая своих родителей вовсе.
- Вы быстро доехали. – Сказала Алина, помогая своей девочке снять ветровку и повесить ее в шкаф. Она украдкой смотрела на своего мужа, стараясь избегать его прямого взгляда. Ей было очень неудобно за то, что она заставила его так сильно переживать сегодня.

«У него и так была напряженная неделя», – подумала Алина про себя и в который раз мысленно пожалела о том, что все так вышло.
- Не было пробок. – Коротко ответил ее муж и, погладив дочку по голове, молча удалился в свой кабинет.
- Мам, что-нибудь случилось? – Варя тревожно посмотрела на свою маму, интуитивно чувствуя, что что-то происходит сегодня не как обычно, но не понимая все-таки, что же конкретно.

Несколько секунд Алина продолжала смотреть в сторону кабинета, за дверьми которого только что исчез ее муж. Потом она перевела взгляд на дочку и попыталась улыбнуться.
- Я немножко простыла… Ты извини, что не позвонила тебе, не узнала, как ты и где. Я думала, ты будешь у бабушки и потом на занятиях. Как всегда. – Алина прижала к себе свою девочку и нежно поцеловала ее в макушку. – Не думала, что сегодня все пойдет наперекосяк. - Она глубоко вздохнула, пытаясь отогнать плохие мысли прочь.
- Не расстраивайся, мама. Мы отлично провели с бабушкой время.

Несмотря на свое раздражительное, даже гнетущее состояние, девочка все же попыталась подбодрить свою маму. Обняла ее еще крепче, стараясь оказать всевозможную всестороннюю поддержку, на которую только может быть способен семилетний ребенок.
- Да, милая, не буду. – Ответила Алина, тронутая поведением своей заботливой дочери, и на этот раз она действительно искренне улыбнулась.

Уже позднее, сидя за столом, родители семилетней Вари усиленно делали вид, что ничего не произошло. Правда в разговоре между ними то и дело повисали неловкие паузы, но Варя не замечала их. С неохотой ковыряясь в овощах и рыбе, она задумчиво предавалась своим мечтам, практически не отрывая глаз от тарелки и уж тем более не обращая внимания на поведение родителей, которые сейчас были так увлечены своей безмолвной визуальной беседой, что, казалось, забыли обо всем вокруг… Но, как только Варя подняла на них глаза, они тут же каждый занялся своей едой.

Варя тем временем вспоминала о маленьком пушистом бездомыше, и сердце ее непроизвольно сжималось от печали и тоски…
- Можно я пойду в свою комнату, мам? Мне больше не хочется. – Спросила девочка, отодвигая от себя наполовину пустую тарелку с ужином. К овощам она так и не притронулась.
- Конечно, иди, дорогая. – Ответила Алина еще до того, как посмотрела на девочку. Ей хотелось, чтобы вечер закончился как можно скорее. Она торопила время. Приближала разговор, который, хотела она того или нет, должен был еще состояться.

Извинений по телефону было недостаточно, она это прекрасно понимала. Она должна была объяснить все, глядя ему в глаза. Глядя ему в глаза – соврать.

За столом остались они одни… Мужчина спокойно смотрел в глаза своей жене, ничего не говоря и не требуя. Алина сама не выдержала его взгляда, придвинулась к нему немного ближе, вторгаясь в зону личного пространства, и тихонечко, ласково позвала, наклоняясь к его задумчивому лицу:
- Жень…
- Что?
- … Я не очень хорошо себя чувствую последние дни… Голова раскалывается, все время хочется спать… наверно, погода так действует. Так резко потеплело… Я всегда была метеочувствительна, ты же знаешь.

Женя глубоко вздохнул, внимательно слушая свою жену и пытаясь ее понять, и, как только она замолчала, привлек девушку к себе, обняв ее за плечи.
- Ты пойми, я беспокоюсь о тебе. Ты очень странно ведешь себя последнее время. Я не знаю, как тебе помочь… и это меня убивает. – Голос Жени был мягким. В нем слышались беспокойство, беспомощность, даже нежность.

Он не хотел показывать ей свою слабость, но рука его сама потянулась к ее руке, и он тихонько погладил ее по ладони, проведя по тыльной ее стороне и по пальцам… по каждому ее пальцу в отдельности… А потом Женя ненавязчиво сжал ее ладонь в своей руке и на мгновение закрыл глаза.
- Прости меня, Женя. Прости, любимый. - Ласково шептала Алина, нежно прикасаясь губами к его закрытым векам…

Она знала, что ему больно, как знала и то, что он винит в этом, в большей степени, себя. Он чувствует, как она медленно ускользает из его рук, и она понимает это… От этого внутри нее все сжимается в маленький беспомощный комочек. Ей хочется защитить этого мужчину. Она его безумно любит. Сердце ее бешено колотится при одной только мысли о той некрасивой правде, этой жестокой действительности, так справедливо обличающей ее истинное лицо и сущность ее первоочередных стремлений. Алина отрицает все это. Но ненавидит себя за боль… за ложь… за нетерпимость и предательство… Она видит перед собой человека… хрупкого… ранимого… полностью уязвимого перед ней… И она чувствует, как тягостен ее поступок… как он, на самом деле, губителен… И она плачет, обнимая своего любимого мужчину, не желая принимать собственный выбор… эту трещину, образовавшуюся в их большой долгосрочной любви… добровольную… долгожданную… но такую, как оказалось, ядовитую… жгучую… ненавистную… даже враждебную… по факту, претящую ей и всему ее внутреннему устройству.
- Мы все преодолеем, милый… я всегда буду рядом… что бы ни случилось, слышишь?
- Да… Я тебя люблю… люблю, моя малышка.
- Я тебя люблю, дорогой… любимый мой.

Женя целует ее в губы, проникает под одежду руками… ласкает ее обеспокоенное тело… она отдает себя ему… позволяет ему делать все, что он так любит.

Алина так стремится слиться с ним в единое целое… почувствовать его присутствие в себе… все, что угодно, лишь бы ощутить его причастность к ее телу… его право на ее тело… тело и душу.

Она знает, что их любовь это не просто слова… не какая-то отвлеченная абстрактная субстанция… Это реальное воплощение жизни… это жизнь, как она есть.

«III часть»
20 мая 11:35

- Ульяна, слушай, может, Варюшке новый планшет подарить, как думаешь? Мы с Женей уже себе всю голову сломали. Грустная она какая-то последнее время…
- Может, с учебой проблемы?
- Да вроде оценки хорошие… Не знаю. Переходный возраст, видимо.
- Может, и он… Вы меню то уже составили? Кого приглашать будете?
- Приглашать… взрослых, детей… человек 13-15 где-то выходит. Меню составили, даже уже все обговорили… развлечения… конкурсы. Будем делать в кафе «Дом света», напротив Дворца молодежи который.
- Ого, здорово вы так все придумали.
- Ага. Только вот, что подарить до сих пор остается вопросом.
- Ммм… Слушай, может, игровую приставку? Сейчас современные такие классные идут, и графика у них отменная… Ей должно понравиться.
- Да ну, какая игровая приставка. Она дома то почти не сидит. Все занимается... Да и вообще, пусть лучше гуляет. Тем более, лагерь скоро. Ой, погоди… у меня, кажется, вторая линия…
- Да, конечно. Хотя, слушай, давай лучше попозже. У меня тут дельце одно появилось.
- Хорошо, без проблем, ближе к вечеру тогда созвонимся.
- Пока.
- Пока. – Алина тут же переключается на другую линию, принимая звонок от неизвестного ей номера, но в телефоне слышатся короткие гудки. – Черт! – Она чуть-чуть опоздала.

«Наверно, клиенты», - думает про себя девушка и неохотно набирает высветившейся в пропущенных вызовах номер, только что звонившего ей абонента.

В последнее время у нее и так слишком мало заказов, не стоит упускать еще один. В телефоне раздается пара длинных гудков, а затем чей-то, как ей показалось, довольно знакомый мужской голос, наконец, отвечает на ее вызов:

- Здравствуйте, Вы мне только что звонили?
- Да, Алина, здравствуй.

«Нет… только не сейчас», - подумала Алина и внутри себя тут же ощутила легкий мандраж. Мысли в ее голове замельтешили беспорядочным роем, сбивая с толку и заставляя девушку молчать, не издавать ни звука, потому что она знает, что разумной цепочки слов сейчас она построить не сможет, и тогда он заметит ее эмоции, вызванные его неожиданном звонком. Поэтому Алина не говорит ни слова, разрываясь между желанием немедленно прервать диалог и услышать его голос снова.
- Алина?
- Да? – Отвечает наигранно спокойно она, пытаясь вернуть себе свое нормальное состояние и успокоить мысли. – Похоже, что-то со связью, Миш. – Ее голос тих, он кажется безразличным и абсолютно незаинтересованным в разговоре… но, на самом деле, это не так.
- Возможно. Теперь ты меня хорошо слышишь?
- Да. – Она старается отвечать коротко и по делу. Хотя ей хочется сказать ему очень многое, Алина не знает, с чего именно ей начать, более того, она не хочет выглядеть перед ним глупо или странно.
- Во сколько у тебя будет обед?
- В 12.
- У тебя ничего не запланировано? Я хотел бы увидеться с тобой.
- Нет.
- Тогда я заеду за тобой через 15 минут.
- …хорошо, – успела лишь робко ответить она, и в телефоне опять послышались короткие гудки.

Алина не успела ничего еще толком сообразить, а решение уже было принято за двоих. Казалось, ее согласие было чистой формальностью и подразумевалось, как само собой разумеющееся. Неосознанно возвращаясь к приятному мужскому голосу из динамика мобильного телефона, притягательному и вместе с тем очень далекому, Алина ясно видит перед собой образ его обладателя, от одной мысли о котором у нее начинает кружиться голова… Она смотрит на время… пятнадцать минут… ей нужно собраться с мыслями, и все прекратить… решиться на это ради собственного брака и благополучия ее семьи… но дрожь прошибает все ее естество… это желание и страх… желание и здравый смысл.

«Я подъехал. Жду тебя внизу». – Ей кажется, что еще слишком рано, но на часах уже пять минут первого. Пятнадцать минут прошло слишком незаметно. Казалось, она так и не сдвинулась с места, после того как поговорила с ним… подбирала нужные слова, но не смогла прийти к чему-то одному конкретному… Чистый лист бумаги так и остался лежать нетронутым на ее столе.

- У тебя все хорошо? – Спросил девушку Михаил, как только она села к нему в машину.
- Да. – Ответила Алина, даже не взглянув на него, и быстрыми движениями своих суетливых рук мгновенно пристегнула ремень безопасности. Ее взгляд, обращенный куда-то вдаль, вне его машины, был явно растерян. Даже за маской натянутого равнодушия это было хорошо заметно.
- Посмотри на меня. – Он аккуратно приподнял ее лицо за подбородок, вынуждая посмотреть ему в глаза. - Зачем ты прячешь от меня свои глаза? Я сделал что-то не так?

Тон его голоса был спокоен, но не совсем доброжелателен. Это напугало ее, но не помогло собраться.
- Нет. Просто… нам не стоило… я… - Начала сбивчиво Алина.
- Почему ты так переживаешь? Ничего не будет, если ты не хочешь. Я по-прежнему твой друг. За столько лет ты так и не научилась мне доверять?
- Прости, я не хотела тебя обидеть. Просто я ни разу не делала ничего подобного. Мне неудобно за то, что произошло между нами. Это была ошибка.
- Тогда почему ты так переживаешь?
- Мне тяжело собраться с мыслями… когда я рядом с тобой.

Михаил включил двигатель своей машины и потихоньку отъехал от офисного здания, над входными дверями которого заманчиво красовалась стильная и объемная вывеска с надписью: «WoWaD Corporation» - Мир окон и дверей. Корпорация получала немало прибыли от своей деятельности, а в последнее время она стала особенно процветать, достигнув своей популярности в близлежащих от Москвы регионах. Сочетание невысоких цен и хорошего качества всегда пользовалось успехом в любой отрасли промышленности, охватывающей работу со своими потенциальными покупателями. Клиентов стало больше, работать сотрудники стали напряженнее и интенсивнее, только у Алины дела все никак не клеились. Последний месяц она то и дело теряла людей. Ей грозили увольнением, но едва ли это ее заботило. Вообще Алину никогда особо не интересовала эта работа. Перспектива стать начальником отдела не стимулировала к каким-то активным действиям. Но нужны были деньги платить по счетам, поэтому она работала и вкладывала себя и все свои силы в достижение материальных целей. Теперь же, когда ее муж зарабатывал достаточно, для того чтобы содержать всю свою семью, девушке по сути стало все равно, к чему приведет ее настоящая пассивная деятельность… Она сдалась и, можно сказать, практически отдала себя на волю случайного стечения обстоятельств…

Что касается Михаила, то он был ее единственным настоящим другом. Алина не всегда позволяла себе быть с ним предельно откровенной, но зато он был одним из тех немногих людей, кому она действительно могла доверять, и девушка очень ценила это.

Он был умен, спокоен, харизматичен, уверен в себе и довольно сдержан. Такого человека очень сложно вывести из себя и заставить по-настоящему злиться. Временами мужчина бывал чересчур жестким, прямолинейным и резким, но часто оказывался в итоге прав. Предпочитал больше слушать, чем рассказывать о себе. Не перед кем не стелился, не пытался выглядеть лучше, чем есть. Лидер, привык добиваться, чего хочет.

В целом, Алине нравился его характер… то, что она знала о нем… взгляды на жизнь и отношение к людям. Иногда она не понимала его, но это не мешало ей по-прежнему его уважать. Михаил был старше ее и мудрее, и это неосознанно притягивало девушку к нему. Его холодность… отстраненность. Ей всегда хотелось узнать его поближе, но Михаил сам не допускал этого, продолжая держать Алину на определенной дистанции… А что же теперь?

Она чувствует перед ним неловкость и скованность… ощущает напряжение и очень сильную тревогу… а ему… кажется… все равно.

«Неужели это ничего не значило для тебя». – Думает про себя Алина, и почему-то ей отнюдь нерадостно становится от своих мыслей.

- Куда мы едем?
- Мне нужно показать тебе кое-что.

По пути к неизвестному пока еще Алине месту назначения, Михаил заехал на автозаправку и заправил почти опустевший бак своего темно-синего фольксвагена. Некоторое время она молча ожидала его в машине, мучимая различными предположениями их возможного направления. Он ничего ей больше не объяснял и, похоже, даже не собирался. Вернувшись за руль, Михаил спокойно продолжил движение по уже ранее намеченному им маршруту, практически не обращая на Алину никакого внимания. Она заметила, как они проехали уже несколько заведений ресторанного типа и кафе, вполне подходящих для того, чтобы там пообедать, но Михаил даже не думал остановиться или притормозить хотя бы возле одного из них.

Он уверенно и сосредоточенно вел свою машину, и Алину начинало съедать любопытство и нарастающая тревога. Но она не спешила расспрашивать его. Несмотря на то, что он действительно был ее очень хорошим другом, девушка всегда немного остерегалась его… особенно теперь.
- Мне к часу обязательно нужно вернуться на работу. У меня встреча. – Деловито и несколько укорительно заметила она, в надежде получить хоть какой-нибудь ответ.

Но Михаил никак не отреагировал на ее слова, продолжая вести Алину в неизвестном ей направлении. Она начинала все сильнее переживать и нервничать, не понимая, куда они все-таки направляются:
- Ты можешь мне хотя бы сказать…?
- Мы уже приехали. – Не дал ей договорить Михаил и, остановившись возле старого заброшенного спортивного комплекса, заглушил двигатель своего автомобиля.
- Я не понимаю… - Растерянно начала было говорить Алина, но он опять прервал ее:
- Пойдем.

Она послушно последовала за ним, продолжая находиться в полном неведении о том, зачем он привез ее сюда.

Спортивный комплекс был закрыт и заброшен уже много лет. Алина проезжала мимо него достаточно большое количество раз, но ни разу не была внутри самого здания. На двери у главного входа девушка заметила старенькое обветшалое объявление о сдаче недействующего спорткомплекса в аренду. Никто за все это время так и не решился взяться за него, о чем хорошо свидетельствовало совсем уж неважное, как внешнее, так и внутреннее состояние всего этого строения.

Минуя главный зал, где когда-то раньше располагался бассейн, они прошли в одну из комнат, похожую больше на бывшую раздевалку. Михаил шел достаточно быстро, а внутрь этого небольшого, по сравнению с огромным залом, помещения практически не проникал дневной свет, отчего Алина, пытаясь успеть за торопливым шагом мужчины, видимо, и не заметила неудачно лежащей на полу доски. Она споткнулась об нее ногой и чуть не упала на пол, но Михаил успел вовремя отреагировать и поддержать ее. В ответ на это Алина слабо улыбнулась ему, пытаясь выразить свою благодарность. Михаил ничего не сказал, но взял девушку за руку и аккуратно подвел ее к одному из тех шкафчиков, что сумели каким-то таинственным образом сохраниться здесь до сих пор и почему то так и не были украдены.
- Открой его.

Алине всегда нравился его низкий, чуть хрипловатый голос. Манера говорить. Она так часто с восхищением наблюдала за тем, как он уверенно добивается своего, при этом она ни разу не замечала за ним, чтобы он на кого-то кричал, даже если был очень зол…

Дверца шкафчика была не заперта, а лишь слегка прикрыта, возможно, пытаясь скрыть от посторонних то, что находилось за ней. После секундного колебания Алина все же осторожно приоткрыла ее и замерла в недоумении.
- Как оно тут оказалось?

Некоторое время она непонимающе смотрела на Михаила, а он улыбался, наблюдая за ее забавной растерянностью…

Ему было 35 лет. Выглядел он примерно на свои годы, может быть, чуть моложе. Мужественный, подкаченный, физически сильный. Никогда не испытывал затруднений с тем, чтобы постоять за себя или за кого-нибудь другого. Привлекательный брюнет с темно-зелеными глазами. Короткие волосы. Всегда хороший дорогой парфюм – незаменимый атрибут, неважно: будь то деловая встреча или просто дружеская прогулка. Часто он носил деловые костюмы, но сегодня на нем была обычная трикотажная футболка и летние брюки… Слишком жаркие выдались последние дни.

Алина до сих пор не понимала, зачем он привез ее сюда и что он хочет всем этим сказать, но она продолжала неотрывно смотреть на него, терпеливо ожидая дальнейших объяснений. Михаил по-прежнему улыбался, и она понимала, что ничего страшного произойти не могло, но все же была немного напугана и не могла этого скрыть…
- Варя приволокла сюда. – Наконец, довольный произведенным эффектом, пояснил мужчина. - Но это еще не все. Пойдем. Нам придется самим разыскать его.
- Кого? – Настороженно и все еще недоумевая, спросила девушка.

Михаил снова взял Алину за руку и повел ее в соседнюю комнату - старую душевую, внимательно осматриваясь по сторонам.

Она то думала, что он привяжет ее к грязному столу, разорвет на ней одежду и будет измываться над ее прекрасным женским телом страстно и жестко… или хотя бы попытается сделать это, потому что в таком случае она должна была бы отвергнуть его… но вместо этого он показывает ей детское покрывальце ее дочери и заставляет играть в какую-то нелепую игру.

Внезапно Михаил остановился, и Алина сначала не поняла, что он здесь увидел, но, присмотревшись повнимательнее, она заметила в самом углу душевой серое пушистое создание, свернувшееся в маленький почти незаметный клубочек… Это определенно было тем, что он хотел ей показать. Михаил тихонько подошел к спящему котенку и, присев на корточки, ласково погладил его по спинке.
- Варя хотела, чтобы Цезарь спал на покрывальце. Но ему, похоже, там жарко.
- Цезарь? - Алина подошла к Михаилу и попыталась получше рассмотреть спящее животное…

Цезарь был не таким уж и маленьким, как ей показалось сначала, но и взрослым котом назвать его тоже было нельзя. Внешне котик выглядел вполне чистым и здоровеньким. На голодного он тоже особо похож не был, кости у него нигде не торчали. Даже невооруженным глазом было хорошо заметно, что за животным здесь кто-то ухаживает.
- И давно она приходит сюда?
- Третья неделя пошла.
- И ты ничего мне не сказал...
- Я пытался поговорить с ней, – Михаил поднялся на ноги, и Алина инстинктивно отступила от него на несколько шагов назад, сохраняя личную дистанцию, – но будет лучше, если ты сама сделаешь это.
- Поговорить с ней? – Не совсем понимая, переспросила она.
- Да, Алин, поговорить. Но, если уж быть до конца честным, не думаю, что на Варю это подействует. - Он отошел от нее и посмотрел в окно. Потом проверил время на своих часах и о чем-то подумал. Алина молча наблюдала за ним, не двигаясь с места и периодически переводя свой взгляд с него на котенка… и наоборот. Она и понятия не имела о том, что у ее дочери, оказывается, имеются от нее секреты. - Нет, ты, конечно, можешь попытаться запретить ей приезжать сюда, но контролировать ее ежечасно у тебя все равно не получится, а Варя ни за что не отступится от того, чтобы тайком убегать сюда… как, собственно, и благополучно делала это до сих пор. - Он снова подошел к ней и добавил, - поэтому я и привез тебя сюда.
- То есть ты намекаешь на то, что я должна взять его!? – Вопрос у Алины вырвался сам собой, раньше, чем она успела сообразить, что действительно сказала что-то. Она была явно недовольна таким решением проблемы.
- Нет, не должна, разумеется, - ответил Михаил и тут же замолчал, немного нахмурившись, словно не ожидая от нее такой реакции. - В любом случае, это решать тебе. Ты и сама прекрасно знаешь, как на нее повлияла смерть Дарси. Она не видит другого выхода, и я ее понимаю.
- Мда… – Тяжело вздохнула девушка, и присев рядом со спящим Цезарем, снова принялась рассматривать его, тихонько поглаживая по его мягкой шерстке. Взгляд Алины был задумчив, а сама она выглядела изрядно расстроенной только что полученной информацией.

- Почему для тебя это такая большая проблема? – После некоторого молчания спросил девушку Михаил, внимательно наблюдавший за ней все это время.
- Что ты имеешь в виду?
- Это всего лишь котенок. Он не доставит тебе много хлопот. - Он приблизился к ней и положил руку на ее плечо. Алина никак не отреагировала, продолжая, словно на автомате, поглаживать серого котика и смотреть, как будто сквозь него, потерянным, даже пустым, взглядом. - Возможно, стоило сказать тебе об этом сразу, как я узнал, но мне необходимо было убедиться в том, что я сам не смогу на нее никак повлиять. Она у тебя очень упрямая девочка… вся в тебя. – Он улыбнулся и сделал короткую паузу, собираясь с мыслями. – Я понимаю, сейчас ты растеряна. Я сам от Вари такого не ожидал. В пятницу ехал за спец. оборудованием вместе с другом и на светофоре заметил девочку, гуляющей за воротами старого комплекса. Чем-то она мне показалась ну уж очень похожей на Варю. Потом пригляделся, и правда она. И рюкзак ее, и эта рыжая копна волос, и форма… Повезло, что тут еще сказать. В нужном месте в нужное время. Естественно, я отправил друга одного и пошел за ней.
- Почему ты не позвонил мне?
- Честно… хотел сам достучаться до нее. Она ведь все пытается казаться взрослой, самостоятельной, только вот серьезно поговорить с ней у нас так и не получилось. Да, она сама рассказала мне про столь очаровательную находку прямо у дверей школы еще две недели тому назад и о том, как тащила ее сюда, преисполненная благими намерениями. А ведь бабушка специально ей говорила: не ходи, здесь безлюдно и очень опасно. Знала бы она, как подействуют на Варю эти слова, когда она будет так одержима спасением невинной души.
- Боже мой… Две недели назад…
- Да, по вторникам и пятницам… Хорошо, что напротив участок милиции, не так опасны ее выходки, но все равно нельзя это так оставлять, конечно… Знаешь, она рассказывала мне о том, что случилось тогда с Дарси. Сколько ей было, четыре? Она сказала мне, что кошечка…
- Не надо. – Тихим голосом прервала его вдруг Алина и подняла на него свою голову. – Пожалуйста. Я не хочу сейчас говорить об этом.
- Хорошо. Нам уже пора ехать. – Ответил Михаил и подал ей руку, помогая подняться.

Алина воспользовалась его помощью и снова оказалась к нему лицом к лицу, но на этот раз она не отступила, продолжая смотреть ему прямо в глаза.
- Все будет хорошо. – Добавил он и улыбнулся.
- Будет. – Согласилась Алина и тоже попыталась в ответ ему улыбнуться, но в горле у нее образовался какой-то непонятный ком… поведение ее дочери… нахлынувшие воспоминания… мужчина, который стоял совсем близко и невозмутимо улыбался ей…

Она обняла его за плечи, пытаясь скрыть тем самым подступившие к ее глазам слезы, готовые сорваться по ее лицу в любой момент. Михаил приобнял Алину в ответ, но уже через несколько секунд девушка сама отстранилась от него… Их недавняя близость никак не давала ей покоя. Михаил же, напротив, выглядел очень спокойным. Казалось, ничто не тревожило его… не беспокоило. Она ненавидела себя за то, что стала испытывать к нему невыносимую тягу. Меньше всего на свете Алина хотела, чтобы он заметил то, как воздействует на нее, практически не прилагая к этому никаких усилий.

Ничего не объясняя, девушка быстрым шагом направилась в сторону выхода, при этом она случайно толкнула Михаила плечом, когда проходила мимо него, но проигнорировала это – ей хотелось как можно скорее уйти отсюда.

Появление Михаила моментально выбило ее из колеи, а ей стольких сил стоило собраться и привести себя в порядок после всего случившегося между ними. Она проклинала свою слабость и несобранность и еще сильнее ускоряла шаг, пытаясь убежать от самой себя. Но Михаил догнал ее, схватил за руку и резко развернул к себе:
- Какого черта, Алина?!
- Что?!

Она попыталась вырвать свою руку и освободиться, но он с еще большей силой сжал ее запястье, заставив ее тем самым вскрикнуть от боли и перестать сопротивляться.
- Пусти меня. – Сквозь зубы проговорила Алина.
- Плохо просишь… и ведешь себя тоже плохо.

Она молчала, и он проигнорировал ее просьбу, продолжая спокойно сжимать руку девушки с той же силой, глядя ей прямо в глаза и внимательно наблюдая за ее реакцией. Алина опустила глаза и попыталась успокоиться. Она сделала медленный вдох… и медленный выдох… но лучше ей от этого не стало.
«Когда-нибудь это должно закончиться». – Подумала она.
- Тебе нравится боль… Ты так отчаянно пытаешься скрыть свое возбуждение, но твое тело само выдает тебя… твои глаза. Ты покраснела, у тебя затвердели соски… мне ничего не стоит овладеть тобой сейчас, и ты об этом знаешь.
- И я этого хочу… - Тихо проговорила Алина, не поднимая на него своих глаз.

Он отпустил ее руку, и она в недоумении посмотрела на него. В его глазах было самодовольное торжество и похоть, но он не собирался даже прикасаться к ней.
- Она должна вот-вот приехать, нам пора уходить. Она расстроится, если увидит нас вот так.

Алина закрыла лицо руками, стараясь собраться с мыслями и понять, о ком он говорит. Ее трясло, а он бережно гладил ее по волосам, пытаясь успокоить. Вся эта ситуация вселяла в нее чувство беспомощности… сломленности. Он так хорошо знал, как на нее воздействовать и теперь умело пользовался этим. Она снова отступилась ради него от своих ценностей и принципов, и сейчас ей хотелось заплакать или разбить здесь что-нибудь, или ударить его чем-нибудь… но вместо этого она просто уткнулась в его грудь лицом, смирившись со своим поражением…

Три столкнувшихся на перекрестке грузовика перекрыли движение транспорта по обе стороны улиц… снесли светофор. Один грузовик перевернулся, на двух других были значительные вмятины. Серьезных, опасных для жизни травм никто не получил. Виновник происшествия жадно выкуривал одну сигарету за другой, стоя рядом со своей машиной и облокотившись на нее всем своим грузным телом. Кажется, он был не совсем трезв, и слегка покачиваясь из стороны в сторону, бессвязно бормотал себе что-то под нос. Другой, человек кавказской внешности - звонил по телефону и эмоционально что-то обсуждал, размахивая руками и недобро поглядывая на своего соседа. Вокруг третьего собралось несколько человек. Он единственный, кто пострадал в этом ДТП и довольно сильно ударился, когда перевернулся его грузовик. Среди людей, стоящих возле него, похоже, был врач, и он всячески пытался ему помочь, доставая из своего чемоданчика какие-то препараты и бинты.

В считанные минуты образовалась достаточно длинная пробка во все четыре стороны движения транспорта. Водители автомобилей, уже успевших стать ее невольными участниками, оживленно ожидали прибытия полицейской машины, ругаясь и суетясь... Проехать было невозможно.

Немного не доезжая до самого места аварии, стоял темно-синий фольксваген, за рулем которого сидел Михаил. В отличии от остальных водителей, он особо не волновался, только периодически проверял время на часах и бросал задумчивый взгляд на свою спутницу. Девушка сидела рядом с ним на переднем сидении, уткнувшись в окно, и внимательно наблюдала за всем происходящим на улице.
- Алина? – После некоторого молчания мужчина все же, наконец, обратился к своей спутнице, и она повернулась к нему лицом, отвлекаясь от происходящего на дороге. – Все в порядке?
- Да… как ты думаешь, мы надолго здесь застряли?
- Смотря, как быстро приедет полиция. Вряд ли это надолго, ничего серьезного ведь не произошло. Во всяком случае, мы не должны опоздать на твою встречу.
- Хорошо, тогда будем ждать…

- Смотри, они переворачивают грузовик. – Михаил привлек внимание девушки к событиям, разворачивающимся на перекрестке… месте, ставшим центром внимания для очень многих людей.
- Да, может, сейчас поедем? Смотри, а тот парень, - Алина показала на водителя перевернутого грузовика, - он, похоже, здорово пострадал… и хромает. Но тому лысому, рядом с ним, кажется, весело.
- Он просто пьян.
- Он, что, танцует что ли?

Они переглянулись и непринужденно улыбнулись друг другу. Пропасть, еще недавно так безнадежно разделявшая их неловким, казалось, бесконечным молчанием, теперь куда-то исчезла. Они снова были хорошими друзьями, знакомыми уже много лет… Но, когда Михаил взял ее за руку, Алина снова напряглась, мысленно призывая свой разум осмотрительнее контролировать чувства.
- Ну, вот и полиция. – Сказала она и кивнула в сторону дороги, где на месте упавшего грузовика только что остановился полицейский автомобиль, преградив дорогу тем машинам, которые находились в непосредственной близости к месту ДТП и пытались покинуть его, достаточно эмоционально решая между собой кто, когда и куда должен поехать. Их попытки прекратились, не успев толком начаться, и никто из них так и не смог уехать с места аварии.

Из автомобиля вышло три полицейских. Мужчина кавказской внешности сразу же подбежал к ним и начал все объяснять. Раненый подковылял к нему чуть позже, по мере возможности. Собравшиеся прохожие тоже присоединились к ним. Виновника ДТП неустанно рвало за своим грузовиком, и, кажется, он даже не заметил, как мимо него проехала полицейская машина.

Алина все это время наблюдала за поведением нетрезвого мужчины, и отчасти ей даже стало его немного жалко.

«Что это за жизнь должна быть такая, если в середине дня ты уже никакой»?
- Когда мы увидимся? Я могу заехать за тобой сегодня после работы. – Михаил прервал размышления девушки. Она снова посмотрела на него и напряженно вздохнула:
- Не знаю…
- У тебя какие-то дела?

Он ласково гладил ее по руке… от запястья и выше. Алина никак не препятствовала этому, но была все время настороже.
- Пока не знаю, мне надо созвониться с Женей. Вряд ли сегодня что-нибудь получится.
- Жаль, я уезжаю завтра.
- Что? – Немного удивленно переспросила девушка и все-таки осторожно забрала у него свою руку. Ей становилось некомфортно. Вокруг них было очень много людей, и ощущение того, что все это как-то неправильно, никак не покидало ее. - Надолго? Куда?
- Мне нужно закончить кое-какие дела в Новосибирске. Это не займет много времени, дней 8, может, 11. К концу следующей недели я уже вернусь.

Михаил приоткрыл окно в машине и достал из бардачка сигареты. Алина хотела попросить его поделиться с ней, но не стала. Ей было неудобно перед ним за то, что она снова начала курить. Она так давно бросила… Это вызвало бы у него ненужные вопросы…
- В следующую субботу у Вари день рождение. – Сказала она, с сожалением глядя на то, как он затягивается, неспешно выпуская сигаретный дым в открытое окно автомобиля.
- Да, я знаю, я постараюсь прийти. Если ты, конечно, не возражаешь.
- Нет… разумеется, нет.
- Ты не ругай ее за то, что увидела сегодня. Для нее это очень важно.
- Мне не нравится, что она стала от меня скрывать, понимаешь? Она ведь еще совсем ребенок, а это заброшенное здание… Случись что, и я просто не знаю, что бы я делала.
- Я все понимаю, ты переживаешь. Ты – ее мама, так и должно быть. Но не принимай поспешных решений. Тем более, если не собираешься его брать.
- Не знаю…
- Не вздыхай. Я уверен, ты что-нибудь придумаешь.
- Мне придется что-нибудь придумать.

Два полицейских забрали пьяного водителя вместе с его грузовиком и покинули место ДТП. Остальные его участники и очевидцы тоже начинали понемногу расходиться. Молодой полицейский, оставшийся на месте аварии, наконец, возобновил движение транспортного потока по всем направлениям и теперь умело управлял ситуацией на дороге, обеспечивая медленное, но зато безопасное сокращение автомобильной пробки.
- Ну вот, кажется, мы и поехали. – Михаил выкинул сигарету в окно и завел двигатель своего автомобиля. – Теперь точно успеем.

Остаток пути они проехали довольно быстро, без каких бы то ни было происшествий. Михаил остановил машину недалеко от главного входа в здание «WoWaD Corporation» и пожелал Алине удачи на ее встрече. Они приехали вовремя, и у нее даже было в запасе еще минут десять, для того чтобы спокойно подняться в свой кабинет и подготовить документы для работы.
- Я позвоню тебе в пять.
- Да, ладно…
- Ты так сильно напряжена сегодня. Это из-за нашей последней встречи?
- Наверно… Если честно, я чувствую себя немного глупо… не знаю, как теперь вести себя рядом с тобой.
- Не нужно, просто будь собой. И не переживай. Все будет хорошо, я не собираюсь портить тебе жизнь. Об этом ты можешь не беспокоиться.
- Мне все равно как-то неловко.
- Ну, наверно, так и должно быть… не накручивай себя зря. Я хочу видеть тебя счастливой, а не подавленной, хорошо?
- Я постараюсь. Спасибо.

Алина отстегнула ремень безопасности и приоткрыла дверь машины, собираясь уйти, но Михаил слегка придержал ее за руку. Она остановилась и непонимающе посмотрела на него. Он показал девушке на ее запястье, и на нем она сразу же заметила следы от его пальцев:
- У тебя очень нежная кожа...
- Ничего страшного, пройдет за пару дней.

Алина немного смутилась, но не показала ему этого. Михаил еще раз взглянул на ее запястье и покачал головой:
- Нет, так не пойдет. Переодень часы на эту руку. Не хочу, чтобы у тебя были проблемы из-за этого.

Девушка равнодушно пожала плечами, но все же сделала, как он велел.

После их сегодняшней поездки и его слов в Алине что-то изменилось… она, наконец, почувствовала себя в безопасности рядом с ним… ей уже не хотелось никуда уходить… Михаил все же сумел ее успокоить и убедить…
- Вот умница.

Слышать такое обращение от своего старого друга ей было непривычно, но все же приятно. Алина улыбнулась ему в ответ и, немного колеблясь, все-таки положила руку на его колено:
- Я буду ждать твоего звонка… - Неожиданно тихим и нежным голосом произнесла она, придвинувшись к нему как можно ближе. В этот же момент ее сумка соскользнула с колен и упала на пол, но девушка проигнорировала это. – Надеюсь, у нас получится встретиться сегодня. Я, правда, постараюсь сделать все возможное для этого.
- Хорошо. Я рад, что ты тоже этого хочешь. – Михаил погладил девушку по волосам и краем глаза взглянул на время. Затем он с нескрываемым сожалением вздохнул и убрал от себя руку девушки. – Тебе пора идти.

Все это время, начиная с момента их сегодняшней встречи, Алина ощущала непроходящее желание внизу живота, переходящее во что-то большее… боль и абсолютную сосредоточенность на желании эту боль преодолеть… она пыталась всячески ее подавить, замыкаясь в себе и лишний раз не открывая своего рта… но давалось ей это определенно нелегко.

Вдохнув, она почувствовала запах его тела, случайно навеянный ветерком из приоткрытого окна автомобиля… это было последней каплей:
- Я так сильно хочу тебя… ты себе даже не представляешь…

Она снова положила ладонь на его колено и теперь сжала его, безвольно опустив свою голову на его плечо. Когда она закрыла глаза, ее мысли окончательно поплыли…
- Я могу увезти тебя отсюда прямо сейчас.
- Дак увези…

Михаил настойчиво отстранил девушку от себя и посмотрел ей в глаза:
- Ты уверена? Как же твоя встреча?
- Я уверена… пожалуйста.

Михаил отпустил девушку, положил на руль обе руки и завел двигатель своего автомобиля, приготовившись ехать. Алина вернулась на свое место, подняла с пола сумку и небрежно бросила ее на заднее сиденье. Затем она пристегнула ремень и, словно послушная ученица какой-нибудь престижной младшей школы, аккуратно сложила руки на коленях. Машина тронулась. Темно-синий фольксваген скрылся с места работы девушки и забрал Алину вместе с собой.

«IV часть»
20 мая 13:05

- Дай мне адрес ее электронной почты.
- Что…? Ой, да перестань!
- Нет, я серьезно. Вы встречаетесь с ней еще со школьной скамьи… Женя… Ты, конечно, думаешь, что она у тебя святая, но так не бывает. Знаешь, что почти шестьдесят процентов женщин, состоящих в браке, изменяют своим мужьям после пяти лет совместной с ними жизни?
- У нас все хорошо, уймись.
- Давай я хотя бы проверю, что ты теряешь?
- Доверие.
- Да брось ты! Она даже не узнает об этом. Ты – мой друг, и знаешь что? Я уже задолбался видеть тебя в таком настроении!
- Отойди.

Женя отодвинул от себя своего навязчивого напарника и подошел к письменному столу. На нем лежали, в основном, разные чеки и чертежи. Среди большого множества бумаг, он все-таки сумел отыскать нужный ему документ и, недолго думая, протянул его своему другу:
- Вот, на, займись лучше этим. Ребята совсем недавно закрылись, помещение продается. Нам идеально подойдет их торговая площадь. Позвони, назначь встречу. Если все получится, я закажу баннер и найду нам пару работников. Думаю, с этим проблем не возникнет. Кстати, помещение в отличном состоянии, надо будет только продумать, как все оформить… И, да, утром звонила какая-то Кристина. Она сказала, что ты ее порекомендовал. Если ты всерьез думаешь, что я буду спонсировать твоих шлюх из общего кармана, то ты ой как ошибаешься. Короче… чтобы больше такого не было, тебе понятно?
- Господи, какой ты зануда стал. Она не шлюха, Кристина недавно приехала в Москву, и она ищет работу… Послушай, если ты так не любишь женщин со свободными взглядами, это еще не значит, что все они шлюхи. Понятно тебе?
- Избавь меня от ненужных подробностей. Я высказал тебе свое мнение по этому поводу, теперь мне надо работать.

Женя открыл свой рабочий кейс и достал из него органайзер, затем проверил что-то по нему, после чего взял со стола красную папку и сотовый телефон и сложил все это в свой кейс. Его напарник стоял рядом и наблюдал за ним, теребя полученный листок бумаги между своими пальцами.
- Мне пора ехать. Нужно отдать деньги за аренду и сформировать еще один заказ в «Restless».
- … Слушай, Жень, давай я все-таки ее проверю? Ты же знаешь, я хочу тебе только добра.
- Кость, будь добр, отвали, а? По-дружески тебя прошу… хватит! Займись лучше работой. Я устал впахивать один.
- Окей. Считай, уже занялся.
- Вот и славно.

Женя удовлетворенно похлопал своего друга по плечу и поспешно удалился, захватив с собой кейс и ключи от машины.

Последнее время он был очень напряжен и легко возбуждался, если что-то шло не так, как он планировал. Его партнера по бизнесу Костю уже стало это напрягать, так как мужчина все чаще начал становиться объектом нервных срывов друга. Дело было в его жене, он был уверен. Не позднее, чем вчера, Женя сам рассказывал ему, что его жена ведет себя очень странно и как будто пытается что-то скрыть. Но любые подозрения в ее адрес и попытки уличить ее во лжи сразу же отметались и выводили Женю из себя, делая его абсолютно невыносимым. Костя, конечно, очень расстраивался, но отступать не собирался.

На офисном компьютере был свой адрес электронной почты, специально созданный для того, чтобы общаться с клиентами и решать рабочие дела. Но Костя не терял надежды найти среди старых ненужных писем о совершенных сделках и заключенных договорах адрес жены Жени… может быть, она просила забрать дочку из школы или купить что-нибудь… может быть, отправляла какие-нибудь документы по работе из дома… отложив в сторону листок бумаги с информацией о продаже торговой площади, Костя искал что-нибудь, за что бы он смог зацепиться и помочь своему другу, почти впавшему в вялотекущую депрессию с внезапными всплесками агрессии в сторону своего ни в чем неповинного напарника.

Уже особо ни на что не рассчитывая, пролистнув почти на автомате где-то двести пятое письмо и глубоко зевнув от такой скучной и монотонной работы, он вдруг как будто очнулся, глаза его округлились, в них появился победный блеск… наконец, мужчина нашел то, что искал. Теперь дело оставалось за малым, ведь вскрыть ящик для бывшего хакера не составит особого труда.

Выпив кружку кофе в соседнем кафетерии и наскоро перекусив, Женя уже собирался ехать по своим делам, как неожиданно ему позвонила его жена и попросила мужчину немного изменить свои планы:
- Ты уверена, что она сейчас там?
- Да, должна быть, я только что звонила ей, она сказала, что еще на занятиях. Но я звонила еще ее классной преподавательнице… они сегодня учились до 12:20.
- Так, подожди, а откуда ты узнала, что она поедет туда?
- Михаил видел ее полчаса назад, он мне только что звонил… вот. Слушай, даже если ее там уже не будет, забери, пожалуйста, тогда котенка и привези его к нам домой. Только не говори ей, откуда ты узнал. Пусть все будет случайным совпадением, ладно?
- К чему такие сложности?
- Просто так нужно, поверь мне.
- … (Из динамика мобильного телефона послышался один длинный тяжелый вздох).
- Так ты сделаешь или нет? – Осторожно спросила Алина своего мужа после некоторой паузы.
- Хорошо, я займусь этим. Что мне еще остается…
- Спасибо.

Отключив телефон и включив музыку в машине погромче, Женя сразу же направился за своей дочкой и ее новым питомцем в сторону старого спорткомплекса, желая поскорее выполнить поручение жены и вернуться к работе. Он не хотел вдаваться в подробности своего последнего диалога с Алиной, думать о том, почему у нее был такой странно-взволнованный голос, но мысли об этом все равно возвращались к нему, заставляя переживать и все же пытаться докопаться до главных причин.

В нужное место Женя приехал совершенно подавленным. С его женой было явно что-то не так. И даже не своим умом… своим сердцем он болезненно ощущал это.

Внутри заброшенного здания было достаточно тихо. Казалось, здесь давно уже не было ни души… Женя проходил одну комнату за другой неспешным, спокойным шагом, внимательно осматриваясь по сторонам и ища глазами свою дочку или ее животное… хотя сам он, на самом деле, практически не надеялся застать здесь вообще хоть кого-нибудь живого… Старые доски под его ногами сильно скрипели, кое-где они были поломаны и безобразно торчали. Он аккуратно обходил их… один раз чуть не влез в паутину, засмотревшись на местами обвалившийся потолок.
- Твою ж мать! – Он был явно не в восторге от плана своей жены. В его кейсе лежали важные бумаги… время шло, и работа стояла, в то время как он был в Богом забытом месте и занимался, черт знает чем, непонятно ради чего.
- Папа? – Внезапно послышалось в противоположном конце комнаты. Мужчина резко обернулся. – Что ты здесь делаешь?

Девочка была очень напугана неожиданным появлением своего отца, и сначала она даже не поверила своим глазам… только услышала знакомый голос, долетевший до нее из пустоты, и она автоматически отозвалась на него, не успев даже толком ничего сообразить.

Женя подошел к своей дочери и присел рядом с ней на узкую длинную скамью, приставленную к стене. На коленях у девочки лежал серенький котик, и она кормила его с рук какой-то едой, похожей больше на маленькие кусочки сырого мяса. На тумбе возле нее лежал открытый рюкзак. Рядом с ним запечатанный пакет молока, мисочка с водой и полотенце.
- Хочешь его погладить?
- Варя, милая, поехали домой.
- Я не могу, видишь же, - она показала на животное, - как ты меня нашел?
- Я просто гулял, Варя, я не думал, что ты здесь.
- Не говори, пожалуйста, маме. Она меня убьет.
- А ты думаешь, что меня устраивает то, что ты обманываешь нас с мамой?
- Пап, - Варя вздохнула, - я не делаю ничего плохого…

Она убрала в пакет оставшееся мясо и вытерла руки об полотенце. Животное благодарно замурчало у нее на коленях. Варя взяла мисочку с водой и аккуратно поднесла ее к мордочке котенка... тот жадно запил.

Женя все это время молча наблюдал за ними, терпеливо ожидая, когда закончится трапеза.
- Я не прогуливаю уроки, - попробовала и дальше оправдываться девочка, заметив на себе недовольный взгляд своего отца.
- Да какая разница, ты нас обманываешь!
- Хорошо, хорошо, прости… - Она тут же сменила тактику и начала извиняться. - Просто так получилось, я не хотела расстраивать вас или что-то еще. Прости меня, пожалуйста, я больше не буду. – Голос ее звучал и правда виновато, но сама она по-прежнему не понимала, что же такого плохого сделала, и почему ее отец начал на нее злиться.

Варя поставила обратно на тумбу тарелочку с водой и ласково погладила котенка по животику… он наелся и теперь собирался спать, устраиваясь поудобнее между коленок своей заботливой хозяйки.
- Все, пошли.

Женя поднялся на ноги, быстро скидал в рюкзак все ее вещи, накинул его на одно плечо и протянул дочери свою руку. – Вставай!
- Паап… - Губы девочки начали дрожать. Она опустила голову.
- Ну нет, только не это. Даже не вздумай мне реветь!

В этот же момент у мужчины сработал мобильный, и он на секунду отвлекся. Варя тем временем начинала плакать сильнее, закрывая лицо руками, а котенок, уже почти заснувший на ее руках, вдруг проснулся и принялся беспокойно мяукать, глядя на свою расстроенную кормилицу.
- Ну все, хватит! Все, я сказал! Бери с собой своего четвероногого и пошли.

Вопреки услышанному, Варя заплакала еще громче. Среди ее рыданий были едва различимы какие-то отдельные слова, прислушавшись к которым можно было заметить: мама, нельзя и никуда не пойду…
- Дорогая, маму я возьму на себя. Правда, давай бери его и пошли в машину. Ни о чем не беспокойся, я сам со всем разберусь.

Голос мужчины неожиданно смягчился, раздражение куда-то ушло. Правда это стоило ему немалых усилий. Зато на Варю его спокойный тон сразу же подействовал. Она начала понемногу успокаиваться и вытирать слезы. Ее питомец тоже притих и теперь залез девочке под кофту. Она аккуратно придержала его и встала на ноги.
- Ты обещаешь мне?
- Я тебе обещаю.

Женя взял дочку за руку и повел к выходу… она улыбалась. Маленький серый котенок наконец то обрел свой дом.

«V часть»
20 мая 14:40

*********************************************************************

- Все хорошо?
- Да, они едут домой.

Ты только что поговорила со своим мужем и теперь бездумно крутила телефон в правой руке, пытаясь хоть чем-нибудь занять свои пальцы и отвлечься от разных мыслей. Ты нервничала. Я это видел.

Мы проехали еще пару кварталов… снова на мигающий зеленый. Я вел машину достаточно быстро… оставалось всего несколько километров пути.
- Ты позвонила всем, кому хотела? – Спросил я, краем глаза глядя на то, как ты уже, наверно, в сотый раз прокручиваешь мобильный между своими пальцами в безуспешных попытках снять тяжелое напряжение, обуздать которое тебе не под силу.
- Да.
- Он тебе больше не понадобиться.

Ты на мгновение остановилась, я забрал телефон из твоих рук и кинул его в бардачок машины.
- Отдам после.
- Ладно… - Немного растерянно ответила ты, глядя на свои пустые ладони.
- Ты уже сделала свой выбор, теперь расслабься. Отпусти ситуацию и не думай, хорошо?
- Я и так, - ты неожиданно осеклась, не решившись закончить предложение, опустила глаза и скрестила руки на своих коленях.
- Ты не ответила мне.
- Хорошо, я постараюсь расслабиться.
- Так-то лучше.

Ты тихонько вздохнула и… неуверенно… почти шепотом… через несколько секунд спросила:
- Когда мы приедем… ты выпорешь меня?
- Выпороть тебя… за плохое поведение?
- За что хочешь… выпори меня, пожалуйста… как следует.

Голос твой слегка дрожал. Я видел, как тебе тяжело просить меня об этом и знал, как сильно ты этого хочешь. Я чувствовал огромную власть над тобой… твое возбуждение… его запах в моей машине… Ты предлагала мне себя… ты нуждалась в моей силе… желании… жесткости… Ты боялась меня… маленькая моя неискушенная девочка… все будет хорошо. Продолжай бояться.

*********************************************************************

- Ну что, попалась?

Легко притянув меня к себе, ты тут же резко развернул меня лицом к стене, и я автоматически облокотилась об нее своими ладонями, не в силах предпринять что-то еще. Щелчок… и вот, я уже слышу, как ты вытаскиваешь из брюк ремень. Что-то внутри меня моментально сжалось, и в одно короткое мгновение я ощутила себя маленькой беспомощной девочкой, послушно ожидающей своего наказания. Я опустила голову и вжалась в стенку, испытывая болезненное желание внизу живота и тихий безмолвный трепет во всем моем теле. Ты ласково проводишь рукой по моим волосам, и от собственной чувствительности, мне кажется, у меня на какой-то момент срывает крышу… А потом резкий удар… и сразу еще один… неожиданно и слишком сильно… я даже не успела вскрикнуть или хотя бы застонать, а ты уже ударил меня вновь.
- Сними платье.

Боясь ослушаться тебя, я тут же выполнила твою просьбу и, оставив мягкий лоскут шелковой ткани лежать на полу, снова вернулась в свое прежнее положение.
- Этого недостаточно.

Дрожащими руками я стянула с себя трусики… последнее, что хоть как-то скрывало меня от твоего взгляда… Будучи полностью обнаженной, я снова положила свои руки на стену и, выгнув спину, расставила ноги шире, позволяя тебе увидеть свое возбужденное состояние и призывая тебя тем самым продолжить начатое.

Новый удар обжег мои ягодицы, и теперь я в полной мере ощутила его силу на моей нежной коже. Было очень больно, но все же я не отступила и не попыталась остановить тебя. До сих пор я не издала ни звука, и ты начинал ударять сильней, провоцируя меня на эмоции, которые я не смогу контролировать. Несколько ударов подряд пришлись в одно и то же место, и я сжалась, но заставила себя все так же тихо и неподвижно стоять. Но уже от следующего удара я, не выдержав, вскрикнула и непроизвольно сжала свои руки, опирающиеся все это время на стену, в кулаки… ты ласково погладил меня по голове, отчего я тихонько простонала и закрыла глаза…

Каждый твой новый удар казался теперь еще больнее предыдущего, но что-то помогало мне спокойнее переносить эту боль. Тепло, разливающееся по моему телу… страх… желание, вызванное им. Я чувствовала, как изменяется мое сознание под действием всего происходящего в этой комнате… как я становлюсь мягкой и податливой… В какой-то момент мой разум полностью отключился, я позволила тебе делать со мной все, что ты захочешь…

*********************************************************************

Я взял тебя за волосы и, развернув лицом к себе, аккуратно опустил тебя на колени. Твое тело очень легко отозвалось на все мои действия, беспрепятственно поддавшись им. Наши взгляды одновременно встретились, и в твоих глазах я увидел некую отрешенность… часть сознания покинула тебя, но оставшейся его частью ты смотрела на меня с благодарностью и безоговорочным доверием.

Значит, все-таки я сумел достичь желаемого результата…
- Моя хорошая девочка…

Я отбросил ремень в сторону, и ты прильнула губами к моей руке, склонив свою голову и закрыв глаза. Мои руки еще горели, легкая дрожь окутывала их… а ты с трепетом целовала мою ладонь, покрывая ее своими нежными поцелуями, оставляя практически неосязаемые следы прикосновений на моей коже… Приблизившись к моим пальцам, ты осторожно провела по ним своим влажным язычком и теперь взяла внутрь себя два из них, уверенно поглотив их в себя до самого основания… задержавшись в таком положении на несколько секунд, ты принялась двигаться по ним старательно и аккуратно, посасывая их и лаская языком… умело демонстрируя мне свои возможности… соблазняя меня ими и дразня… тихонько постанывая… не открывая глаз… плотно обхватив мои пальцы губами и не выпуская их из своего рта… быстрее… ритмичнее... больше и глубже... взяв внутрь себя уже три моих пальца и продолжая двигаться по ним по всей их длине.

Я стоял и наблюдал за тобой, никак на тебя не воздействуя… не прикасаясь. Я наслаждался тобой… искренней, откровенной, живой… такой я хотел тебя видеть… открытой мне, полной желания, отпустившей себя и опустившейся передо мной.

*********************************************************************

Внезапно ты остановил меня, резко схватив за волосы и вынув пальцы из моего рта. Я вздрогнула от неожиданности и на какой-то момент замерла в нерешительности, но уже через секунду сумела все же открыть глаза и посмотрела на тебя, желая раскрыть твои намерения. Ты смотрел на меня с выражением явного превосходства и похоти, и это пьянило меня, не позволяя возвращаться к реальности, заставляя меня еще дальше удаляться от нее.

Моя неуверенность куда-то ушла… наверно, твой взгляд поглотил ее… большие черные зрачки… я не вижу зеленых глаз… но, по моему, я действительно в них тону.
- Хочу служить тебе…
- И будешь, не сомневайся.

Ты не дал опустить мне голову, продолжая удерживать меня за волосы, и я оставила эту бессмысленную идею, добровольно подчинившись твоим рукам. Твой взгляд неспешно осмотрел все мое тело, после чего ты настойчиво приблизил меня к себе, нагнув мою голову прямо к своему члену, хорошо обозначившему себя через ткань брюк.
- Расстегни ширинку.

Я быстро выполнила то, что ты мне приказал, и обеспечила себе свободный доступ к твоему члену. В эту же минуту я подумала о том, как же дико мне хочется прикоснуться к нему губами… ласкать его языком… ощущать его размер и твердость у себя во рту… его вкус… двигаться по нему… доводить тебя до экстаза…

Я не смогла поднять на тебя глаза, но ты и не требовал от меня этого. Кроме того, сейчас ты достаточно мягко держал меня за волосы, практически не натягивая их… я продолжала неотрывно смотреть на твой член, представляя себе, как он постепенно заполняет меня, лишая воздуха и касаясь моего горла… но я не могла позволить себе сделать что-либо с ним без твоего разрешения… только не сейчас… это было бы неправильно… и я терпеливо ожидала твоей команды… томимая желанием, полностью поглощенная им.

Это было тяжело и приятно… мерить время количеством упавших с моих влажных от возбуждения губ капель… чего же ты ждешь?

*********************************************************************

Я взял стул, стоящий все это время у двери, и поставил его прямо напротив тебя, затем сел на него и откинулся на спинку. Ты не двигалась и молча следила за всеми моими движениями. Я тоже наблюдал за тобой. В какой-то момент ты не выдержала моего взгляда и опустила глаза…

Несколько минут я искренне наслаждался тем, что смотрел на твое обнаженное тело возле своих ног и видел в нем беспрекословную готовность отдаться мне в любой момент… Боже, как же это чертовски возбуждающе и красиво!

В каждом твоем жесте и в каждом твоем движении я чувствовал непреодолимое желание и твою природную страсть, но, словно испытывая стыд или робость передо мной за свои ощущения и эмоции, ты пыталась скрывать свои самые уязвимые места, прикрываясь руками и зажимаясь, опустив голову и непроизвольно дрожа… может быть, ты хотела меня подразнить… Так или иначе, я еле сдерживался, чтобы не взять тебя прямо сейчас, здесь, на полу, развернув спиной к себе и с силой прижав головой к холодному паркету. Я был крайне напряжен, но позволить тебе так легко отделаться я просто не мог…
- Ты слишком закрыта. Раздвинь ноги и убери руки назад. Покажи мне себя.

Ты никак не отреагировала, но замерла и на какое-то время перестала дышать.

«Нет, тебе не послышалось, девочка».
- Давай! Шевелись!

Стоило мне стать с тобой чуточку жестче, и ты сразу же выполнила то, что я тебе приказал… немного колеблясь, ты все-таки решилась на то, чтобы раскрыть передо мной свои набухшие губки, показав мне красивую розовую щелочку, истекающую соками.

Я приблизился к тебе и погладил ладонью по щеке, проведя кончиками пальцев по твоей покрасневшей коже:
-Ты смущена… ммм… так откровенно и так сильно.
- Я…
- Тшш.

Я прикрыл твой рот рукой, не дав тебе договорить, после чего несколько раз достаточно ощутимо шлепнул по твоим еще чуть приоткрытым губам:
- Ты будешь говорить, когда я скажу.
От этих неожиданных шлепков ты вдруг вздрогнула и свела свои ноги вместе, уклонившись от моей руки. Я схватил тебя за волосы и с силой потянул за них вверх, отчего ты вскрикнула, но сразу же вернулась на свое место.

*********************************************************************

- Открой рот.
Мои губы онемели и плохо слушались, но, несмотря на это, я все же смогла выполнить то, что ты мне приказал. Дрожь в моем теле усилилась, и я не могла ее больше контролировать. Одним грубым и резким движением ты развел мои ноги в разные стороны, вернув их в прежнее положение и предоставив своему взору мою намокшую дырочку. Я автоматически завела руки за спину, но непроизвольно сомкнула губы. Ты ударил меня по щеке и, с силой нажав на подбородок, заставил снова открыть рот.
- Не вынуждай меня еще раз брать в свои руки ремень. Ты же хочешь завтра сесть на свою попку?
- Прости, я буду более внимательной.
- Ну конечно.

На мгновение отпустив мои волосы, ты встал, вновь намотал их на свой кулак и, уверенно направив мой рот на свой член, стал насаживать меня на него быстро и часто, не церемонясь со мной и не заботясь о моих собственных ощущениях. С каждым разом ты все глубже вталкивал его в меня, вынуждая вдыхать через раз. Я послушно принимала его в себя, а ты продолжал по-свойски обходиться со мной, заставляя меня держать свой рот все время открытым и двигаться только так, как ты этого хочешь… Я сама хотела, чтобы ты унижал меня и использовал, и теперь шла по пути наименьшего сопротивления, предоставив тебе возможность в полной мере насладиться моим телом.

Мне было трудно дышать... у меня срабатывал непроизвольный рвотный рефлекс… я боялась захлебнуться в собственной слюне, которой раз от раза становилось все больше и больше... Видя это, ты несколько раз ненадолго приостанавливался, позволяя мне совсем немного отдышаться и прийти в себя… Затем ты снова продолжал трахать меня в мой рот, вставляя в него свой член с каждым разом все быстрее и глубже.

Мне было хорошо, хотя по моему лицу текли слезы… ты заполнял меня, и, несмотря на грубость и жесткость с твоей стороны, я не чувствовала себя по-настоящему униженной или использованной… твой взгляд вызывал во мне желание навсегда оставаться внизу… я чувствовала огромное возбуждение, просто невероятное… и оно сладостной болью отзывалось во всем моем теле… это было приятно, мне всегда нравилась боль… только сейчас это становилось уже просто невыносимым… мне было жизненно необходимо, чтобы все это закончилось, и ты, наконец, овладел мной по-настоящему… яростно и как можно глубже проникая в мою мокрую щелочку, наполняя и разрывая ее… я была готова даже умолять тебя об этом, но ты не давал мне ни малейшей возможности что-либо сказать.

Горячая жидкость в одно мгновение заполнила мой рот, и я почувствовала одновременно облегчение и тревогу… что, если тебе этого вполне достаточно, и ты решишь, что на сегодня хватит?

*********************************************************************

Я оставил тебя на полу, прикурил сигарету и молча сел на диван. Я знал, что ты очень возбуждена, хотя ты и не смотрела на меня, почти не шевелилась и старалась как можно тише дышать. Я видел маленькую ниточку, ведущую от твоих губ к внутренней стороне бедра… этого было вполне достаточно.
- Ползи сюда.

Ты сделала то, о чем я тебя попросил, и уже через несколько секунд снова оказалась возле моих ног. Я поставил тебя на четвереньки и провел рукой по твоей спине, откинув с нее длинные волосы… затем я настойчиво надавил на твою поясницу, заставив тебя как следует прогнуться, и поставил пепельницу на теперь уже хорошо выгнувшуюся спинку.
- Постарайся не дрожать.

Ты опустила голову и расслабила плечи… закрыла глаза. Твое тело внешне сейчас выглядело очень спокойным, но вот твое дыхание, напротив, становилось все более прерывистым… Я сделал несколько затяжек, после чего вновь провел ладонью по твоей спине и несколько раз достаточно символически шлепнул по твоей попке.
- Почти ничего не осталось… как думаешь, тебе бы понравилось сильнее?
- Наверно, не знаю… но я бы очень хотела, чтобы ты оставил на мне следы.

Я провел рукой между твоих ягодиц и спустился ниже… ты вся напряглась и начала чуть заметно дрожать, практически не выдавая себя этим.
- Следы… хочешь, чтобы я пометил тебя?
- … Да, а ты бы хотел?
- Конечно.

Я облизал свои пальцы после твоих влажных губок и снова положил свою руку на них, аккуратно раскрыл их и несколько раз шлепнул по твоей маленькой дырочке, открывшейся мне, один запах которой начинал сводить меня с ума… я уже не мог себя достаточно хорошо контролировать… руки начинали дрожать, словно они стали продолжением твоего тела, которое, в свою очередь, уже практически окончательно выбилось из-под твоего контроля…
- Трахни меня, пожалуйста. – Из последних сил борясь со своим желанием и, наконец, не выдержав, попросила меня ты. – Пожалуйста…

Я сделал последнюю затяжку, затушил сигарету и убрал пепельницу с твоей спины. Ты продолжала стоять на четвереньках, ожидая моих дальнейших действий.
- Хочешь, чтобы я тебя трахнул?
- Да, очень.
- И что ты готова для этого сделать?
- Все, что угодно… я сделаю все, что тебе угодно.
- Хорошо, принеси мне ремень.

*********************************************************************

Практически ничего не соображая от возбуждения, я все же оглянулась по сторонам и как только нашла глазами ремень, лежащий на полу возле стула, сразу же поползла за ним, даже не думая тебе возразить.

Меня уже по-настоящему начинало трясти, я никогда не испытывала такого сильного желания… Ты продолжал командовать мной, но это не вызывало у меня ни малейшего отторжения. Напротив, я хотела, чтобы ты как можно сильнее унизил меня, заставив делать то, за что бы мне потом было очень стыдно смотреть тебе в глаза.

Я пролезла под стул и протянула руку, чтобы уже взять ремень, но ты остановил меня, не дав мне закончить начатое:
- Нет. Возьми его зубами.

Внизу моего живота все сжалось еще сильней… я почувствовала даже непроизвольные сокращения мышц внутри моего влагалища… что же ты со мной делаешь?

Я глубоко вздохнула, пытаясь совладать с собой для того, чтобы, наконец, выполнить то, что ты приказал. Я не хотела заставлять тебя ждать, поэтому я попыталась очень быстро собраться и прийти в себя… Затем я опустилась на локти и пригнулась к полу, после чего аккуратно обхватила жесткий ремень зубами и подняла его, пытаясь удержать у себя во рту… Ты наблюдал за мной, и я это чувствовала, даже не глядя на тебя.

Я вылезла из-под стула, держа в зубах ремень, и приползла обратно к тебе… Ты протянул передо мной свои руки, и я разжала губы, осторожно вложив в твои ладони прочную полоску из кожи, еще совсем недавно так безжалостно секущую меня.
- Я хочу, чтобы теперь каждый раз, когда ты будешь просить меня о наказании, ты делала это подобным образом. Тебе ясно?
- Да.
- Поворачивайся.

Я развернулась к тебе спиной, ожидая новую порцию ударов… но их не последовало. Вместо этого, ты завел мои руки за спину, оторвав их от пола и приподняв мое тело к себе так, что теперь я сидела на коленях прямо позади тебя. После этого ты туго стянул мои руки ремнем, максимально обездвижив их, отчего мои плечи распрямились, а грудь машинально поддалась вперед. Затем ты встал и поднял меня на ноги, держа за связанные руки, повернул лицом к себе и резко бросил на диван, широко раздвинув мои ноги.
- Смотри мне в глаза!

Страсть, которую я увидела в твоем взгляде, моментально прожгла мое тело насквозь… словно ты нанес на меня одну из своих меток… быстро и стремительно… продолжая разрушать весь мой внутренний мир вдребезги.

*********************************************************************

Я сдавил твое горло, плотно обхватив его своими пальцами… ты продолжала послушно смотреть на меня, но перед глазами у тебя как будто образовалась пелена… то ли от слез, то ли от чего-то еще… Я чувствовал, как пульсирует вена на твоей шее под моей рукой и позволил себе надавить немного сильнее, отчего твои зрачки еще больше расширились…
- Приятно видеть, как ты течешь, как последняя сучка, передо мной… как ты начинаешь дрожать, выполняя то, что я тебе говорю… Ты нуждаешься в том, что бы тебя подавили и заставили слушаться… и я буду еще очень много раз пользоваться этим… Я научу тебя служить мне… если понадобится, я перевоспитаю тебя… Тебе еще больше понравится боль из моих рук… я дам тебе ее… Я обещаю дать тебе ее… потому что я сам этого очень хочу.

Ты приоткрыла рот, но так и не решилась ничего сказать… я не мог тебя больше мучить…

Одним резким и стремительным толчком я глубоко вошел в тебя, отчего ты вскрикнула и прикусила свои губы.
- Нет, даже не думай об этом! Не сдерживайся, кричи, и кричи как можно больше!

Твоя влага позволяла мне очень легко двигаться, входить и выходить, не прилагая к этому никаких дополнительных усилий… ты громко стонала и извивалась, но не пыталась больше себя контролировать… я по-прежнему держал тебя за горло, а другой рукой придерживал твой таз, не давая тебе выскользнуть из моих рук…
- Боже, как же хорошо… не останавливайся, пожалуйста… мне так хорошо.

Ты сжимала свои мышцы, обхватывая мой член… я входил в тебя часто и глубоко… и еще сильнее и глубже… Ты смотрела на меня безумным взглядом… и я видел в нем отражение своих страстей.

Вожделение… безумие, которое нас притягивает… вожделение… желание, которое нас наполняет… Мы такие, какие мы есть… без притворства и обмана…

Твое тело поддается вперед, но даже тогда ты не закрываешь своих глаз… ты выгибаешься и начинаешь сладко стонать, предаваясь желанному наслаждению, наконец, настигнувшему тебя… Как же долго ты этого ждала.
- Вот так, маленькая моя.

Твои зрачки еще сильнее расширяются и потом резко сужаются… Ты улыбаешься мне, но до сих пор ничего не соображаешь…
- Спасибо…

Я вижу в твоих глазах безграничную благодарность и счастье…
- Спасибо, - повторяешь ты, продолжая дрожать подо мной, – спасибо…

Я был счастлив разделить эти мгновения с тобой… близость, по которой я так скучал.

«VI часть»
31 мая 10:00

- Алина… - Сквозь сон до девушки доносится тихий знакомый голос, ласково зовущий ее по имени, - милая…

Она не хочет просыпаться, но уже чувствует на себе осторожные поглаживания любимых рук, которые нежно касаются ее шеи и теперь уходят в пряди густых волос… Она слышит, как где-то вдалеке бежит вода… похоже, на кухне.
- Ну же, соня… открой глаза.

Его руки холодные и влажные… по ее коже тут же пробегают мурашки.
- Жень… холодно. – Недовольно бормочет она, не желая просыпаться, но уже практически окончательно потеряв свой сон.
- Прости, солнышко, но тебе пора вставать. Нам нужно многое успеть сегодня.

Он целует ее в макушку, обнимает и прижимает к себе. Алина пытается высвободиться из его объятий и, как только ей удается это сделать, с головой укрывается одеялом, прячась от утреннего солнца. У Жени в этот момент срабатывает мобильный, и он отпускает девушку, а затем присаживается на край постели, берет в свои руки телефон и почему-то глубоко вздыхает.
- Давай, просыпайся. Я буду на кухне.

Голос у него немного расстроен, девушка сразу замечает это. Мужчина ласково треплет свою жену по волосам, после чего уходит из комнаты и закрывает за собой дверь. Там он отвечает на вызов… Алина толком ничего не слышит, о чем он там говорит… что-то о деньгах и поездке. Работа.

Сон окончательно покидает ее, но пока еще она помнит его детально, и Алина сохраняет в потаенных уголках своей памяти самые любимые моменты… Она вспоминает о Михаиле. Он ни разу не позвонил ей со дня своего отъезда. Несколько раз она сама подавляла в себе желание набрать его номер первой, крайне остро ощущая потребность услышать его голос.

«Значит, так надо, - успокаивала она сама себя, - что я как маленькая, - и откладывала телефон в сторону».

На календаре 31 мая. Сегодня ее дочери исполняется восемь лет. С каждым годом девочка все сильнее отдаляется от своей матери, и Алине уже с трудом вериться в то, что когда-то она носила этого маленького, родного ей человечка, частичку своей души, внутри себя.

Девушка накидывает на себя футболку и шорты, собирает волосы в небрежный пучок, открывает окно и впускает в теплую, нагретую сном комнату прохладный воздух…
- Любимая, - слышится голос за ее спиной, - хорошо, что ты встала. – Она оборачивается. – Пойдем, я приготовил тебе поесть.

Алина неохотно потягивается и подходит к Жене, обнимает его и тихонько целует в шею:
- Ты у меня чудо, – говорит она нежным шепотом, запуская руку в его волосы и слегка взлохмачивая их.
- Это ты чудо.

Мужчина берет ее за руку и отводит на кухню.

Он такой домашний… такой родной… аккуратно кладет ее ступни на свои колени… улыбается, наблюдая за тем, как она ест… смотрит на нее преданным и обожающим взглядом… Алина видит в нем тепло, спокойствие и уют… тихое семейное счастье... то же, что и всегда… даже еще полнее и ярче… Только что-то в ней теперь навсегда изменилось... безвозвратно ушло... Она никогда уже не почувствует себя с ним по-настоящему счастливой.

Алина смотрит на него, и внезапно ей начинает казаться, что она проваливается в пустоту… расстояние отбрасывает их в разные стороны… Она почти не слышит своего мужа… только видит, как шевелятся его губы… такие знакомые и вместе с тем какие-то очень чужие… губы слепца… человека, который беспрекословно верит всему, что говорит его жена, потому что сам он не видит и не чувствует того, что, на самом деле, она скрывает…

«Хочу услышать твой голос… ощутить его вибрацию на своей коже… я до сих пор слышу его отголоски где-то внутри своих мыслей… ты говоришь мне: смотри на меня, смотри, не отводи своих глаз… и сдавливаешь мое горло сильнее… в легкие больше не поступает кислород, глаза начинают дрожать… я пытаюсь вдохнуть, но ты не даешь мне этого сделать… ты говоришь мне: смотри на меня, смотри… мне страшно, я задыхаюсь... сколько можно вынести еще слез... горячие… они обжигают мое лицо… ты наслаждаешься каждой новой каплей… время тянется мучительно медленно… хотя сердце продолжает пока бешено биться, в голове уже все плывет, и я не могу ничего с этим сделать… мое тело беспомощно сводит судорогой… мне кажется, я исчезаю… мое сознание начинает постепенно угасать… я цепляюсь за твой взгляд… моя последняя надежда… ты ведь не дашь мне совсем уйти».
- Алина?
- Да?
- С тобой все хорошо? Кажется, ты где-то не здесь.
- Я задумалась. Прости. – Она посмотрела на мужа, пытаясь вернуться своими мыслями к нему.
- Это из-за Вари?
- Да…

Она тяжело вздохнула и тут же нахмурилась, стараясь всеми силами как можно скорее включиться в диалог:
- Иногда мне кажется, что я ее совсем не знаю…
- Ну, милая, все наладится. Просто у нее возраст такой.
- Наверно. Я бы не хотела ее потерять, когда она вырастет… получать открытку два раза в год: на Новый год и на День рождение… - Алина покачала головой, - ну уж нет.
- Такого не будет, ты же знаешь.
- Хотелось бы в это верить.

Женя взял ее ладонь в свои руки… та была холодной. Он принялся всячески ее растирать, пытаясь согреть.

Его забота грызла Алину изнутри… съедала чувством всепоглощающей вины. Он пытается ее поддержать, наивно полагая, что ее состояние… общее угнетение действительно как-то связано с их дочерью.

Чувствуя непреодолимый дискомфорт, Алина все-таки забирает у мужа свою руку и, немного замешкавшись, через несколько секунд встает из-за стола.
- Пойду посмотрю, как она.
- Но ты же так ничего и не съела… - Растерянно говорит Женя, наблюдая за тем, как его жена убирает остатки почти нетронутого завтрака в холодильник.
- Потом. – Коротко отвечает она и, не оборачиваясь, быстро уходит с кухни.

Женя остается один на один с чувством глубокой печали. Он понимает, что Алина уже не та девушка, в которую он был когда-то так сильно и безгранично влюблен. Это совсем другой человек… и он видит, как она уходит в себя, с каждым днем все сильнее отдаляясь от него… Женя не знает, почему она стала такой, ведь сам он ничуть не изменился. Его отношение к ней было таким же, как и всегда. Вот только сердце ее не перестает становиться все холоднее день ото дня…

«Что ж, может быть, ты и прав, друг мой, и она действительно думает сейчас о другом мужчине… Вот только что с нами стало, любимая? Мы же были когда-то так счастливы вдвоем… Зачем…»?

Женя подходит к ней сзади и обнимает за талию, запуская свои руки под ее футболку. Алина отдаляется от него, пытаясь продолжить заворачивать подарок в блестящую ленту, но он даже не думает отпускать ее, еще сильнее прижимая ее хрупкое тело к себе.
- Женя…
- Хочу поцеловать тебя.
- Она вот-вот проснется. Мне нужно доделать. Погоди.

Он хочет повернуть ее к себе, но Алина сопротивляется, не желая поддаваться ему.
- Ну перестань.
- Мне тебя так не хватает…

Женя распускает ее волосы и прикасается к ним своими губами, вдыхая знакомый аромат ее любимых духов. Его рука ласкает ее сквозь ткань шортиков, а вторая сжимает грудь. Он чувствует, как она зажимается, но все равно не оставляет попытки возбудить Алину своими прикосновениями… В итоге она бросает свои дела, разворачивается к нему и целует его в губы. Женя отвечает на ее поцелуй и еще сильнее прижимает Алину к себе. Затем он кладет коробку с подарком на постель и сажает девушку на стол.
- У меня есть кое-что для тебя. Подождешь минутку?
- Хорошо.

Алина не понимает, что он задумал и растерянно провожает мужчину взглядом, когда тот выходит из комнаты. Через несколько минут Женя возвращается и закрывает за собой дверь их спальни на замок.
- Что ты задумал? – Недоумевая спрашивает девушка, стараясь разглядеть то, что мужчина намеренно прячет за своей спиной.
- Закрой глаза.

Она улыбается, замечая на себе хитрый взгляд Жени, но выполняет его просьбу. Он подходит к ней, аккуратно кладет что-то между ее ног и заводит руки девушки за спину.
- Расслабься, любимая. Я хочу, чтобы тебе было хорошо. – Нежно шепчет он Алине на ухо и еще некоторое время держит ее руки, прижимая к спине.

Ее глаза по-прежнему закрыты, но она слышит, как Женя берет со стола неизвестный ей предмет, и уже через несколько секунд что-то мягкое смыкается на ее запястьях…

Она понимает, что это наручники… Девушка открывает глаза и вопросительно смотрит на Женю.
- Хочу взять тебя так.

Алина ничего не отвечает, и Женя задирает на ней футболку и принимается ласкать ее грудь… он целует ее соски, иногда слегка покусывает их зубами. Алина запрокидывает голову и закрывает глаза, пытаясь расслабиться, но чувство напряжения и некой скованности никак не покидают ее. Она понимает, что не может заставить себя возбудиться, как не старается. Женя тем временем уже снимает с нее шортики и начинает водить ладонью по ее трусикам, массируя клитор…

Он опускает ее на стол, и Алина послушно ложится, обхватывая его таз своими ногами и привлекая мужчину к себе. Она чувствует его эрекцию через свое нижнее белье, и это действует на нее возбуждающе, хотя она все еще боится разочаровать Женю недостаточной ответной реакцией своего тела… Он целует ее в губы и покрывает поцелуями весь ее живот… Затем снимает с нее трусики и, лаская лобок, спускается ниже, открывает ее губки и проникает языком во влажную дырочку. Алина тихонько постанывает, но до сих пор не может заставить себя как следует расслабиться…
- Можно я сделаю тебе минет…? пожалуйста… я очень сильно этого хочу.

Он останавливается и смотрит на нее…

Ей всегда нравилось стоять перед ним на коленях…
- Да, конечно…

Женя встает на ноги, снимает с себя штаны и кладет их на постель. Затем он помогает Алине подняться и опускает ее на пол перед собой.

Для нее это так естественно… быть внизу… но сейчас ей хотелось гораздо большего… и, когда он поднял ее на ноги и бросил на постель, вонзив в нее свой член, Алина непроизвольно подумала о том, что очень долгое время пыталась в себе так безнадежно подавить и свести на нет.

Она подумала о страхе, боли и ненависти… о границе, где всякое человеческое теряет свое лицо, и одна лишь только похоть затмевает человеку глаза.

В ее голове непроизвольно возник образ молодой русской девушки… жены лесника… Война… всюду кровь и грязь… Она увидела дом этой семьи… затем услышала чужие голоса и звуки выстрелов… Несчастная девушка в разорванном платье с застывшим ужасом на глазах…

Она в деталях представляла себе, как эту девушку жестоко бьют и насилуют трое немецких солдат, только что разграбивших их небольшую деревню и безжалостно убивших ее мужа… Они убьют и ее, как только она удовлетворит их сексуальные желания… она знает об этом... и она почти не сопротивляется, смирившись с ролью живого мяса для трех голодных мужчин, изощренно издевающихся над ней до ее последнего крика… Никто ее не услышит.

Глаза Алины наполняются слезами… она так беспомощна перед своими желаниями.

Долгое время Алина пыталась справиться с собой и побороть в себе свои странные волнующие ее еще с самого детства фантазии… но ничего не вышло… Ничего никуда не ушло.

Боль… страх… унижение… подчинение… Ее муж как-то сказал ей: любить - значит отказаться от силы… И тогда ей пришлось отказаться от самой себя.

Алина никогда не думала о том, что на свете есть люди с похожими девиациями… адекватные обычные мужчины и женщины… такие же, как она... Человек, который был на протяжении многих лет рядом с ней и поддерживал ее, был одним из них, и она об этом тоже не знала… до определенного момента.

Ее муж был для нее идеальным мужчиной, а его слова про силу и любовь навсегда отпечатались в ее памяти, заклеймив позором ее собственные чувства и внутренние стремления… до определенного момента лишив ее возможности быть самой собой.

Так по-предательски нежно… желтая меховушка наручников стережет ее кожу от ран… такой вот глупый иллюзорный обман. Он не чувствует ее отчаяния… не понимает ее чувств… Тем не менее, его вожделенный взгляд жадно врывается в глубокую бездну огромных зрачков девушки... и Алина всеми силами пытается к нему вернуться, собирая в себе остатки своей воли…

Все напрасно... он не затронет ее оголенных нервов и не заставит их судорожно дрожать… Алина ничего не почувствует… он ничего не узнает… Две параллели никогда не станут одной сплошной линией... любовь их не сблизит, а чувства не сберегут.

«VII часть»
1 июня 12:12

- Мама! Мама!
- Варя, погоди немного.
- Мааам!!!
- Подожди, я сказала!
Остановить кровь проще, чем остановить слезы. Но остановить свое сердце...

Еще немного пластыря…

Несколько порезов не нарушат гармонии внутреннего мира… не пошатнут стабильность всего внутреннего устройства… Все будет хорошо.

- Где папа?
- Он ушел по работе.
- Тебе кто-то звонил. Неопределенный.
- Хорошо. Ты пока продолжай собирать вещи, я к тебе попозже присоединюсь и помогу с ними.
- …Ты плакала?
- Это простуда.

- Я так рада тебя слышать.
- Я тоже очень рад слышать тебя. У тебя странный голос.
- Я немножко простыла.
- В такую погоду?
- Ну да… так получилось.
- Плохо, давай лечись… Лечишься?
- Угу…
- Не хочешь увидеться?
- Очень хочу!
- Давай я заеду за тобой? Я пока еще в аэропорту, у тебя есть где-то полтора часа на сборы.
- Я не могу, мне нужно проводить Варю на автобус. Они с группой сегодня уезжают в три часа в лагерь.
- Хорошо, тогда давай попозже.
- Ладно, я тебе позвоню, как освобожусь … эмм, - Алина немного замешкалась, - можно мне тебя спросить?
- Конечно, спрашивай.
- Почему ты мне не звонил?
- Замотался совсем. Прости, если ты ждала.
- Да нет, ничего, бывает. Я все понимаю.
- Я думал, что ты тоже была занята. Не загрузили тебя на работе?
- Меня уволили.
- Что? Из-за меня?
- Просто уволили. Сказали, что я плохо справлялась со своей работой.
- Сочувствую. Но тебе вроде и не очень-то нравилась эта работа. Так что, может, все и к лучшему?
- Наверно… Просто я не знаю, что мне теперь делать. Я Жене еще не говорила. Не знаю, как…
- Хм… Тебе нужна моя помощь?
- А ты можешь мне чем-нибудь помочь?
- Я могу взять тебя к себе.
- К себе? – От волшебного сочетания этих невероятно теплых и нежных слов внутри девушки все мгновенно затрепетало.
- Ну да. Будешь мне помогать.
- А что мне нужно конкретно делать?
- Кофе приносить, например. – Он засмеялся. – Нет, твои аналитические способности мне тоже пригодятся. Будешь делать все, что я скажу. Ты справишься. Ты это любишь.
- Я скучала по тебе. Может, зря я тебе это говорю…
- Нет. Совсем не зря.
- Не знаю… мне кажется, со мной что-то происходит…
- Что ты имеешь в виду?
- … Я не хочу спать с ним… не могу спать с ним так.
- Спи со мной.
- Но он вообще-то мой муж…
- И что?
- Я должна с ним спать.
- Не должна, если ты не хочешь. Зачем усложнять себе жизнь?
- Я не усложняю… Впрочем, забудь.
- Вы уже много лет вместе, это нормально, если у вас не будет близости. Так бывает.
- Но он так не хочет.
- Какая разница, что хочет он. Что хочешь ты?
- … Я хочу увидеть тебя. Я очень сильно хочу увидеть тебя.
- Позвони мне, как освободишься. Я сразу приеду.
- Да, хорошо…
- Алина?
- Да?
- Я тоже скучал по тебе.

Время уже близилось к трем часам. Автобус только что прибыл на остановочный пункт. Ответственная за предстоящую поездку проверяла списки, сверяя число отбывающих ребят с числом прибывших. Детей она забирала у родителей строго под подпись. Пожилая женщина громко кричала, когда ей что-то не нравилось и ругала своих помощников за халатное отношение к работе. Она была здесь за главную, без сомнений… Алина с Варей стояли неподалеку от общей суматохи. Варя грустила.
- Мама, пообещай мне заботиться о Цезаре.
- Конечно, милая. Я о нем позабочусь.
- И папа…
- Мы оба о нем позаботимся. Не переживай.
- Нет. Папа… - Девочка нахмурилась и вся сжалась, обняла свои плечи руками, как будто пытаясь защитить себя от неведомой опасности. Порыв ветра поднял пыль с дороги, и Варя опустила глаза. - Он ведь от нас не уйдет? – Неожиданно для своей мамы спросила она.
- С чего ты взяла? – Алина почувствовала, как ее сердце забилось сильнее.
- Да нет, просто… мне кажется, вы последнее время совсем с ним не дружны…
- Неправда. Все хорошо. Просто мы работаем, устаем.
- Ты плачешь…
- Варя! Ты все понимаешь неправильно.
- Я понимаю, что что-то не так. Я не слепая. С тобой что-то происходит… и с ним. Я это чувствую.
- Это взрослые дела. Тебе не нужно об этом думать.
- Но я думаю… - Растерянно ответила девочка и тяжело вздохнула.

Алина молча обняла Варю. Слезы навернулись на ее глаза. Варя переживала, и Алина видела это. Волей неволей девочка становилась участником их семейной драмы… Дети всегда все чувствуют, даже если они чего-то не понимают.
- Ты позвони мне, как доберетесь, ладно?
- Да, мам. Как доберемся – сразу тебя наберу.
- И отдохни хорошо, да? Познакомься там с ребятами.
- Да, мам, конечно.

Автобус быстро загрузил всех ребят и уехал. Весь шум сразу же стих и куда-то исчез. Тревожная тишина наполнила мысли девушки.

«Ах да, я собиралась ему позвонить».

- Ты не выглядишь простуженной.
- Мне уже значительно легче.
- Пойдем немного пройдемся.
- Хорошо. Ты заехал домой?
- Да, я оставил свои вещи.
- Понятно…
- Проводила?
- Да, Варя не хотела уезжать, переживала за Цезаря.
- Вот видишь, а ты не хотела его брать.
- Ты же помнишь, что произошло…
- И долго ты будешь еще об этом вспоминать? Что было, то прошло. Ты ничего уже не исправишь. Тем более, она этого не хотела.
- Хотела, хотела.
- Да перестань.
- Нет, правда. Я никому не говорила… после случившегося, она подошла ко мне и так прямо и сказала, что она специально это сделала, что ей было скучно… Вот. Я просто это говорю, потому что хочу, чтобы ты знал, почему я так отреагировала тогда и не говорил мне, что я накручиваю себя зря.
- Странно, а мне она говорила по-другому.
- Конечно, думаешь, всякому легко признаться в том, что он взял и засунул свою кошку в микроволновую печь просто от того, что ему было скучно!?

Алину начало трясти, слезы тихо полились из ее глаз. Михаил остановил ее и прижал к себе.
- Ну тшшш… тшшш… успокойся… все хорошо.
- Что со мной происходит?
- Ты просто напряжена. У тебя сложный сейчас период. Все пройдет, все образуется.
- У меня была ломка сегодня утром, - она заплакала сильнее, - из-за тебя…

Михаил ничего не ответил, но прижал Алину к себе сильнее, и она обняла его, уткнувшись лицом в его футболку и тем самым спрятав себя от посторонних глаз.

Она чувствовала себя беспомощной перед ним, абсолютно незащищенной, слабой… тошнотворно… по-детски… смешно.

Он обнимал ее, она молча вдыхала его запах, и ей становилось спокойнее… будто бы по невидимым каналам он делился с ней частицей своей силы. Она постепенно приходила в себя. А он все прижимал ее к себе и ничего не говорил.
- Просто меня за эти эмоции. – Сказала она, наконец, успокоившись, и виновато посмотрела Михаилу в глаза.
- Все хорошо. – Он мягко улыбнулся и взял ее за руку. - Я все понимаю. Пойдем.

*********************************************************************

Когда закрывается дверь… и мы остаемся наедине… за порогом твоей квартиры… все сразу встает на свои места… и, мне кажется, я могу потрогать на ощупь саму жизнь.

Твой голос спокоен, неспешен и тверд. Он тихо льется в мои уши, разрывая перепонки изнутри. Вся моя одежда лежит на полу. Я стою, пораженная меткостью твоих слов, и не могу пошевелиться. Только ты решаешь, каким будет следующий миг.

Это так естественно… быть не где-то сбоку, а в самом низу. Я пригибаюсь к полу, желая слиться с ним в единое целое и стать ровной плоскостью для твоих ног.

Сегодня я позволю тебе перейти эту грань. В моих глазах ты не увидишь ни ужаса, ни запрета. Только искренний детский страх и беспрекословное доверие своему мучителю.

Мое тело послушно обмякнет на твоих руках. На какое-то время я лишусь бездны твоих прекрасных глаз… Но потом я вернусь, и твой тихий спокойный голос залечит все мои раны, притупив боль и пустую обиду. Ты опять мне скажешь: Все хорошо.

Я знаю… знаю.

Моя маленькая смерть… я не буду тебя больше бояться.

*********************************************************************

- Расскажи мне о своем браке?
- Алина, тебе будет неприятно слушать о другой женщине.
- Но я же сама тебя об этом прошу…
- Тебе действительно так важно об этом знать?
- Да… пожалуйста…
- Ну что тебе сказать… С Леной мы женаты уже почти четыре года. Она - хороший друг и понимающий человек. У нас есть сын Артем. Ему тоже недавно исполнилось четыре года… В принципе, ты же была у нас в гостях, видела, общалась… Что именно ты хочешь узнать?
- Ты ее любишь?
- Когда-то я был в нее влюблен.
- А теперь?
- Она хороший человек. Алина, к чему эти разговоры?
- Ты никогда мне не рассказываешь…
- Я не привык обсуждать свою личную жизнь ни с кем.
- Но ведь я теперь имею к ней отношение, разве нет?
- Да. И я не хочу, чтобы тебе было неприятно.
- Хорошо, хорошо. Только скажи мне, я ведь у тебя не первая, с кем ты ей…?
- Нет.
- …
- Вот видишь, тебе уже неприятно.
- Нет, все нормально. Просто я должна знать.
- Она хорошая, правда. Но она не такая. Ей всего этого не нужно. Совсем. А я не могу без этого.
- Зачем же ты тогда на ней женился?
- Поначалу мы были влюблены друг в друга… Раньше она была не столь категорична в этом отношении. То ли это была жажда экспериментов, то ли что. Нам было хорошо вместе. Но, после рождения сына отношения пошли на спад. Мы стали буквально расходиться в разные стороны. Мне уже становилось мало просто связать ее и пошлепать, а ей уже и этого было не надо. Правда она была готова терпеть… но что это значит? Шлепать любимую женщину, когда ей это неприятно… тут уже, какое бы даже не было сильное желание, оно в любом случае уйдет на спад. Крайне важна психологическая составляющая момента. Эмпатия… Просто физические действия сами по себе не несут в себе ценности как таковой. По крайней мере, лично для меня… Так, со временем, мы окончательно отдалились друг от друга.
- Все это очень грустно.
- Это жизнь. Лучше с самого начала понимать, с чем ты имеешь дело… Я ошибался. Мы оба были не до конца честны друг с другом.
- А я была нечестна сама с собой.
- Главное, чтобы теперь понимала, что ты делаешь и зачем.
- Не уверена, что я понимаю…
- Ты разберешься.
- Надеюсь.
- Что ты еще хочешь узнать?
- Марина. Если можно, я бы…
- Нет, о ней мы не будем говорить.
- Тебе до сих пор больно?
- Алина.
- Прости. Я не хотела портить тебе настроение.
- Ты не испортила. Просто давай закроем эту тему.
- Хорошо… Знаешь… у меня ведь никого не было, кроме Жени.
- Ну… Вы были слишком молоды, когда поженились.
- Мы могли и не пожениться…
- Не могли.
- Если бы ты тогда…
- Алина. Ты испытывала чувство благодарности передо мной за то, что я тебя спас… и было бы слишком некрасиво и пошло, если бы я воспользовался этим. Да я и не мог.
- Ты слишком любил Марину…
- Она была той, с кем я хотел провести всю свою жизнь.
- … Ты не веришь в то, что можно дважды встретить такого человека, да?
- Я не уверен.
- … А я думала, что мой единственный – это мой муж, и я искренне верила, что всегда так будет.
- Ну… видишь, все меняется.
- И меня это пугает. Я уже не чувствую себя с ним счастливой.
- Если бы он был твоим единственным, ты бы не думала над тем изменить ему со мной или нет. Причем, уже дважды.
- Не говори так. И вообще, зачем тогда ты пошел на все это во второй раз?
- Сейчас все совсем по-другому… я уже не мог изводить ни тебя, ни себя. Лимит был исчерпан.
- … Я для тебя ничего не значу, да?
- Глупая… ты значишь для меня очень много.
- Мне кажется, я тебе никогда не нравилась…
- Просто я умею сдерживать себя.
- То есть я нравилась тебе, когда мы познакомились?
- Тебе не кажется, что ты задаешь слишком много вопросов?
- Я пытаюсь понять. Мне было не очень приятно получить твой отказ тогда…
- Почти девять лет прошло, а ты до сих пор об этом думаешь?
- Вспоминаю периодически.
- Ты всегда нравилась мне. Но обстоятельства были не те… Да и я всегда считал тебя очень правильной. Не такой.
- Не такой?
- Да. Обычной ванильной девушкой. Привлекательной, но обычной. Поэтому, даже если тогда между нами что-нибудь бы и произошло, вряд ли это было бы похоже на то, что происходит между нами сейчас. Скорее всего, мы бы и не увиделись больше никогда. Ты бы все равно вышла за него замуж, и кто знает, через сколько лет ты бы, наконец, прозрела и поняла, что совершила ошибку.
- По-твоему, я совершаю ошибку? Тебе не кажется, что это слишком громкое заявление?
- Считай, как знаешь. Это мое мнение. Ты можешь и дальше заниматься самообманом. В конце концов, это твоя жизнь. Если тебе так проще.
- Не просто, когда у вас есть общий ребенок и столько пройденных лет вместе…
- Если ты действительно такая, как ты сама утверждаешь, и как я это пока вижу, бессмысленно пытаться наладить с ним свою личную жизнь. Проще построить все с нуля с человеком, который тебе действительно подходит. Останешься с ним – куча комплексов тебе гарантирована. Ты этого хочешь?
- Но ты же живешь со своей женой.
- Изменять по-тихому это тоже, знаешь, не лучший выход из ситуации… Я думал над тем, чтобы развестись.
- И?
- Что и? Я разведусь, как пойму, что нашел то, что искал.
- Серьезно?
- Да. Что тебя удивляет?
- Просто не ожидала, что ты всерьез думаешь над тем, чтобы развестись.
- Мы никогда и не говорили с тобой об этом.
- Да… мы же всегда были просто друзья.
- Я думал, тебя устраивают наши отношения… Мне нравилась наша дружба. Ты всегда позволяла себя немного опекать. Это приятно.
- Ты жалеешь о том, что мы преступили эту грань?
- Нет, не жалею. Просто теперь все немного иначе, ты же и сама понимаешь. Это не пройдет бесследно для нас обоих.
- Почему это обязательно должно пройти? Ты не хочешь продолжать эти отношения?
- Конечно, хочу. Мне хорошо с тобой. И я не позволю тебе так просто исчезнуть из моей жизни… Но насколько тебе самой все это нужно, ты знаешь?

У Алины закружилась голова, и она на минуту закрыла глаза.
- Давай остановимся пока на этом. Я что-то неважно себя чувствую.
- Ты что-нибудь ела сегодня?
- Не помню.

Михаил включил ночник и взглянул на часы.
- Половина девятого. Можно съездить поужинать. Потом я отвезу тебя к твоей машине, и ты поедешь домой.
- Хорошо.
- Тогда собирайся.

Алина поднялась с постели и, подняв с пола свои вещи, молча удалилась в ванную комнату. Ей было необходимо принять прохладный душ, чтобы освежиться и немного прийти в себя. Протрезветь. Слишком продолжительный и содержательный выдался у них разговор. Некоторые слова Михаила она была не готова услышать. Но ей было так важно его понять…

Внутри Алины все дрожало. Она вдруг почувствовала, как же, на самом деле, зыбок ее брак… он держится на тонком волоске чужого своеволия. Если Михаил надавит на нее, без сомнений, она уверена, что мгновенно сломается и отдаст ему свою жизнь. Не дожидаясь утра.

- Где ты была?
- Мне нужно было проветриться. Я же звонила тебе днем. Кажется, я все тебе объяснила.
- Почему ты больше не отвечала на телефон?
- Женя, ну что тебе еще непонятно? Я же ясно тебе сказала: хочу побыть одна.
- Где ты была?
- Ездила по городу, гуляла в парке.
- Одна?
- Одна.
- …Что значат все эти твои сайты?
- Что? О чем ты говоришь?
- Ты давно проверяла свою почту?
- Не помню.
- У тебя куча непрочитанных сообщений с предложениями поиграть и поебаться. Тебя это забавляет?
- Нет, я их даже не просматриваю… просто читаю то, что мне интересно… разные статьи, рассказы, форум… Погоди, как ты вошел ко мне на страницу?
- Какая разница! Скажи мне, ты хочешь, чтобы я тебя бил!?
- Нет.
- Что все это значит, Алина?
- Ничего.
- Ты изменяешь мне?
- Нет.

Алина собиралась уйти в ванную комнату, но Женя подскочил к ней, развернул к себе и схватил девушку за плечи, прижав к двери:
- Посмотри на меня! Какого хрена ты творишь, Алина?! Ты витаешь где-то в своих мыслях! Ты не хочешь заниматься со мной любовью! Не хочешь говорить! Всячески избегаешь меня! Что я тебе сделал то!? На фига ты так себя ведешь!? Ты такая же, как люди на этих сайтах!? Я должен тебя ударить, чтобы ты вернулась или что!? Скажи мне!
- Пусти меня.
- Скажи мне!
- Я ничего не хочу. Отпусти меня, пожалуйста. Ты успокоишься, и мы нормально поговорим.

В глазах у Жени бушевали злость и обида. Он больше не мог сдерживаться, все его эмоции начали вырываться наружу. Алина наоборот выглядела абсолютно спокойной, при этом очень уставшей и неготовой как-либо сейчас эмоционировать. Женя собрал всю свою волю в кулак и попытался успокоиться:
- Подумай над тем, что ты делаешь. Хорошо подумай. – Очень сдержанно и спокойно ответил он и тут же отпустил девушку.

Алина медленно сползла по двери на пол, обвив свои ноги обеими руками, прижала их к себе и положила голову на колени.

Женя вышел в прихожую, быстро собрал свои вещи и ушел. Алина осталась одна.

«VIII часть»
6 июня 11:00

С самого утра погода не задалась. Небо было всюду затянуто тучами, сильный ливень потоками находил на город. Когда Алина проснулась, она была одна. За окном лил дождь. Она взяла с журнального столика свой сотовый телефон, проверила время и тут же набрала Михаила:
- Да, Алин?
- Привет, ты уже в офисе? – Немного обеспокоенно спросила она.
- Да, я уехал утром.
- Я что, так крепко спала? Или не хотела вставать?

Алина быстро встала с постели и принялась искать свою одежду, поставив вызов на громкую связь.
- Нет. Все нормально, Алин, я тебя не будил.
- Не будил? Почему?
- Так было нужно.
- Эмм… - Девушка торопливо оделась и снова взяла в руки свой мобильный. – Я плохо справлялась со своими обязанностями, да? – Виновато спросила она.
- Нет. Ты хорошо справляешься, не говори глупостей. Просто сегодня так нужно.
- Ну хорошо… Мне завести тебе ключи?
- А ты хочешь уехать?
- А ты хочешь, чтобы я осталась?
- Да.
- Хорошо, я останусь… Мне приготовить тебе что-нибудь?
- Нет, не надо. Просто будь готова к 4. Я хочу отвезти тебя кое-куда.
- Хорошо… Постой, ты сегодня освободишься так рано?
- Да, у меня только одна плановая операция.
- Хорошо…
- Алин, мне пора.
- А, да, конечно. Я буду тебя ждать… Удачной операции.
- Спасибо, малышка.

Блуждая по дому своего старого друга, Алина вдруг почувствовала доселе незнакомое ей, но крайне приятное чувство глубокого единения с ним. Последнюю неделю они почти все время проводили вместе. Михаил взял девушку к себе в клинику своим личным помощником. Обязанностей у нее было совсем немного, и где-то в глубине души Алина верила, что он сделал это только для того, чтобы видеться с ней почаще. Они вместе ехали на работу, вместе возвращались из клиники домой. Никогда прежде Алина не была так близко к жизни Михаила, его дому и рабочим делам. Вчера она впервые осталась у него. Михаил надавил на нее, и Алина не смогла ему отказать. Все равно они должны были утром вместе поехать на работу… А что поменялось в их планах, и куда Михаил хотел теперь отвезти девушку, она не знала.

Великий соблазн таится в закрытых шкафах, ящиках и других скрытых от глаз потаенных местах чужой квартиры. Впервые Алина может вот так вот спокойно пройтись по комнатам и хорошенько осмотреться.

Как много женщин он приводил сюда? Как много женщин еще приведет?

Был ли он когда-нибудь здесь один и, если так, то чем занимался?

Несколько деловых костюмов в шкафу… кое-какая домашняя одежда на полках… чистая, вся аккуратно сложенная… пахнущая свежестью и как будто новизной… и никаких улик, выдававших бы присутствие в доме посторонних женщин.

Большое многообразие различных девайсов, в основном, ударных… плеть, кнут, многохвостка, трость… некоторые она сейчас увидела впервые… Конечно, они были у него до нее… она знала об этом… и, тем не менее, ей очень хотелось почувствовать каждый из них на своей коже.

В письменном столе лежит много рабочих документов. В основном, это истории болезней пациентов и расписание планируемых операций на ближайший месяц. Внизу под всеми бумагами, а также медицинскими картами обследуемых больных, Алина замечает небольшой белый конверт. Она аккуратно открывает его и достает оттуда несколько фотографий. На каждой из них изображена одна и та же девушка. Алина знает ее… Это Марина.

На всех фотографиях девушка улыбается… кое-где она обнажена, но совсем не стыдится этого… у нее теплая улыбка и довольно игривый взгляд… ее глаза наполнены любовью и нежностью… она смотрит на него?

Когда это было? Семь лет назад? Десять? Ему до сих пор больно… Она безвременно в его голове… и она по-прежнему жива, пока живет в его сердце.

- Она мечтала умереть от затянувшейся асфиксии…
- Правда? Она тебе говорила об этом?
- Это было ее фантазией… недостижимой мечтой… умереть от моих рук. Я обещал когда-нибудь осуществить это желание… когда-нибудь, когда она мне надоест… когда-нибудь, когда мы будем очень стары…
- Ты правда бы сделал это?
- Нет. Но само обещание этого ей было приятно. Я не хотел отказывать ей хотя бы в этом. Слишком дорога была ей эта задумка, и она лелеяла и оберегала ее многие годы… А я оберегал ее.
- Что же случилось тогда?
- Недоразумение… малолетний наркоман на машине своего отца.
- Ох…
- Она скончалась до прибытия скорой.
- Прости меня…
- За что?
- За то, что тебе приходится рассказывать все это. Я вижу, как тебе тяжело… как стали дрожать твои руки… меня саму начинает трясти.
- Ты ведь все равно бы не успокоилась.
- Я хочу узнать тебя… узнать тебя лучше…
- Я все понимаю.
- … Спасибо, что привез меня сюда. Это прекрасное место.
- Я знал, что тебе понравится.
- Спасибо.
- В юности я часто приезжал сюда. С этой крыши открывается отличный вид на город. Вообще очень тихое место… мысли успокаиваются… Если честно, устаю от городской суеты.
- Я тебя понимаю. Я…
- Нам нужно ехать.
- Тебе нужно домой?
- Нет, я должен еще немного поработать.
- Хорошо… Можно мне поехать с тобой?
- Конечно.

«И ни о чем не спрашивать… как там его семья… Обвить вокруг сильных плеч свои руки… сомкнуть узкий круг, состоящий из двух человек… Не надо больше слов».

- Когда он вернется?
- Через три дня.
- У тебя есть перевозная клетка?
- Да.
- Где она?
- В шкафу на верхней полке… Постой, зачем она тебе?
- Возьмем Цезаря с собой. Нам не очень удобно каждый вечер заезжать сюда.
- Я не знаю, я…
- Скажи, тебе нравится каждый день тратить на дорогу два часа?
- Нет.
- Ну дак и что ты стоишь? Давай, собери все, что тебе нужно, я пока отнесу Цезаря в машину.

Последнее время Михаил не спрашивал у Алины ее мнение и принимал все решения сам… Алина привыкла слушаться его. Похоже, он и не ожидал от нее ничего другого. Но ее это не обижало и не коробило. Напротив, перспектива провести все ближайшие дни рядом с Михаилом, вселяла в Алину чувство оптимизма и ощутимого внутреннего спокойствия… Она нуждалась в нем. Но жизнь ее день ото дня становилось все более зависимой от него, и в глубине души Алину это очень тревожило… неопределенное будущее их отношений. С некоторых пор она стала задумываться о нем.
- Ты готова? – Он появился на пороге, дверь была не заперта.
- Да. – Алина неуверенно шагнула в его сторону, держа свою сумку в руках.
- Что с тобой? Ты не хочешь? – Он заметил колебание в ее движениях и слегка нахмурился.
- Хочу… Конечно, хочу. – Она прибавила шаг и уже смелее подошла к Михаилу.

Он забрал у нее сумку, и девушка слабо улыбнулась ему.
- Пойдем. – Михаил направил Алину в сторону двери, а сам взял с полки ключи.

Алина ощутила приятную волну по телу от неожиданных прикосновений Михаила к ее оголенным плечам, и по ее спине тут же пробежали мурашки. Алина накинула на себя ветровку и, механически скрестив руки на своей груди, вышла за порог собственной квартиры, ожидая, когда Михаил закроет за ними дверь.

Единственное, о чем Алина сейчас думала – были его руки… ее взгляд был беспомощно прикован к ним… все ее мысли были пронизаны единственным желанием снова ощутить эти руки на себе… их жесткость… их умение причинять боль… внизу ее живота приятно заныло… Она практически заставила себя спуститься по ступеньках на первый этаж и выйти на улицу, внутри продолжая бороться с ощущением все более возрастающего возбуждения, безжалостно бьющего по всему ее телу и делающего ее совершенно уязвимой перед своим источником… Алине хотелось бы, чтобы Михаил ничего этого не заметил, но судя по тому, как он улыбнулся, она поняла, что он все-таки ее раскусил.

«Что же ты со мной творишь»? – подумала она, вместе с тем ощутив, как предательский румянец уже залил ее щеки. Алина опустила глаза и молча села к нему в машину… Михаил ничего не сказал.

Пока он работал, Алина решила приготовить ему ужин. Сейчас он был слишком занят, а ей так хотелось сделать ему приятно, что, даже получив в ответ на ее предложение весьма равнодушное: как хочешь, она тут же с энтузиазмом принялась за дело… Михаил делал ее такой счастливой… она хотела как-нибудь отблагодарить его за это… еще раз показать ему, как много он для нее значит… девушка тихонько собралась и выскочила на улицу, прихватив с собой кошелек и сумку.

На улице снова лил дождь… мимо Алины проносились хмурые недовольные погодой прохожие, но у нее было хорошее настроение… она была полностью свободна… Сейчас ей не нужно было думать ни о своей дочери, ни о браке, ни даже о старой давно угнетающей ее жизнь работе… все это было слишком далеко и даже почти нереально для нее сейчас… Она думала о Михаиле… Что же она к нему испытывала?

Неописуемое влечение... вместе с тем незнакомое ей раньше чувство глубоко-внутреннего родства с ним… С Женей все было по-другому. Алина всегда чувствовала, что ей чего-то не достает с ним… Но все было так хорошо… идеальный семьянин… безупречные отношения… почти никаких конфликтов и ссор… А свои тайные желания она могла удовлетворить уединившись…. Ведь это не так уж и важно… Да?

Она правда так думала… Сейчас же ее брак разваливался, день ото дня все ближе приближаясь к своему логичному завершению… Чувство тревоги почти не покидало Алину с тех самых пор, и она сама очень хорошо понимала, что жизнь ее безудержно летит в неизвестном ей направлении, вот только сделать с этим она уже ничего не могла…

Рядом с Михаилом все стало таким естественным и простым… она нашла ответы на все свои вопросы… почувствовала себя по-настоящему свободной и счастливой... Алина, наконец, стала самой собой… Он открыл ее, и она не смогла этому воспротивиться… она влюбилась.

Влюбилась в него не как в мужчину и даже не как в родственную душу… влюбилась в него, как в своего Хозяина… Эта иллюзия… фантазия о том, что когда-нибудь он станет ее Хозяином, грела Алину изнутри, согревая в самые тяжелые моменты безысходности… Алина хотела будущего с тем, кто разделит ее мечту… с человеком, который воплотит ее мечту в реальность. И она знала, что Михаил может это сделать… но захочет ли он этого?

- Я хочу с тобой поговорить.
- Я уже все закончила.

Алина быстро выключила газ и тут же посмотрела на Михаила. Она испугалась, увидев необъяснимо для нее его злые глаза, устремленные прямо вглубь ее зрачков, и случайно выронила из рук ложку, которой все это время помешивала суп.
- Ты будешь? - Ее голос заметно стих и теперь был очень робким, едва уловимым…
- Подними. – Спокойно сказал Михаил, почти не глядя на нее и, ожидая, когда она выполнит его просьбу, остался стоять в дверях, скрестив руки на груди.

Вопреки услышанным словам Алина стояла, не двигаясь с места. Через несколько бесконечно-долгих безмолвных минут, наполненных напряжением и томительным ожиданием, Михаил сам подошел к ней и, наклонившись, поднял с пола упавшую ложку. Алина никак не отреагировала на это, продолжая стоять, как вкопанная, на одном месте и лишь беспомощно моргать, словно усиленно пытаясь проснуться ото странного сна.
- Отомри.

Михаил шлепнул Алину по ее маленькой попке, и она вздрогнула и тут же уставила на него свои большие искренне-недоумевающие глаза.
- Ты, - уже было возмущенно начала она.
- Тшш. – Он не дал ей договорить и притянул девушку к себе, плотно зажав ее рот своей ладонью и не позволяя Алине больше произнести ни слова. – Разве я сказал тебе говорить?
- М… м, - промычала Алина, пытаясь ответить ему «нет».

Она совсем не сопротивлялась, ее возмущение куда-то ушло… Волна удовольствия захлестнула все ее тело, и Алина начала тихонько дрожать.

Михаил убрал руку от ее рта, резко схватил девушку за плечи и бесцеремонно бросил ее на пол перед собой. Алина сжалась и села, поджав под себя ноги. Она не решалась поднять на него свои глаза до тех пор, пока Михаил сам не взял ее лицо за подбородок и не заставил Алину посмотреть на него.
- Ты вела себя очень плохо. – Сказал он, глядя ей прямо в глаза. – Не нужно было рыться в моих вещах. Ты меня очень расстроила и разозлила, Алина.

После слов Михаила девушка чуть слышно простонала, не сдержав преисполнявших ее эмоций, и тут же попыталась уклониться от взгляда Михаила, но он не позволил ей это сделать, еще сильнее сжав подбородок Алины своей рукой…
- Накажи меня… - Почти умоляюще попросила она, не выдержав этой безмолвной пытки взглядом.

Немного медля, Михаил все-таки отпустил ее, и Алина инстинктивно опустила голову, успев увидеть перед этим только тень его неторопливо удаляющихся шагов… Вечер только начинался.

*********************************************************************

- Ты знаешь, что нужно делать.

«Конечно».

Ты видишь, как я послушна… Не поднимая на тебя своих глаз и не издав ни единого звука… повернувшись к тебе спиной и на мгновение погрузившись в холодную тьму… Еще несколько секунд твоего терпеливого ожидания… Ноги дрожат… Как хорошо, что мне не нужно подниматься с пола, за такое короткое время уже успевшего стать мне родным.

Ты знаешь, что я готова… тебе не придется повторять дважды… Ты выдрессировал меня… приучил, как собачку… Нам обоим это по душе… Как же это приятно - снова оказаться внизу…
- Ползи быстрее… Давай, давай.

«Да, мой Хозяин».

Ты называл меня и шлюхой, и вещью, и своей маленькой любимой девочкой. А я всегда думаю о тебе, как о своем Хозяине… Постоянно… Неизменно… Даже вдали от тебя… Ты улыбаешься, когда я обращаюсь к тебе так, и в твоих глазах я вижу тень одобрения и в тоже время легкой ухмылки. Только ты знаешь как это – по-настоящему владеть мной. Ты победил меня… я сама с удовольствием сдалась в твой плен… Мучай меня. Не жалей. Мне так нравится страдать ради твоего удовольствия.
- Умница.

Короткое поощрение выбивает почву из-под моих ног. Ты туго затягиваешь ремень на моей шее, неожиданно встаешь и тянешь меня за него вверх… Я сама не понимаю, как мы оказываемся в маленькой комнате. Я кашляю, но теперь уже могу свободно дышать, хотя мне и сложно усмирить свое неспокойное дыхание и быстрое биение сердца… Немного погодя, как будто наслаждаясь моим испугом и забавляясь с моими нервами, ты все же расслабляешь ремень, все еще немного удерживающий меня, и оголяешь пульсирующую вену на моей шее. Потеряв равновесие, я поддаюсь вперед и опираюсь обеими руками о стену. Я стою на коленях возле тебя в полнейшей тишине, стараясь не шевелиться и неслышно дышать… Наконец, ты резко ударяешь по моим ягодицам, и я прижимаюсь к стене еще сильнее, словно пытаясь впечататься в нее всем своим маленьким телом… Бежать мне некуда.

*********************************************************************

- Прости меня!
- Да неужели?

Ты доходишь практически до грани… Твое удовольствие перемежается с болью, но с каждым последующим ударом боль становится все более острой и тем самым предательски уводит тебя от наслаждения к панике. Ты пытаешься закрываться руками, менять положение, подставляя под ремень спину и ноги, но я силой возвращаю тебя на место, и ты начинаешь вскрикивать от новых ударов…

Наконец, первые слезы текут из твоих глаз…
- Прости меня! Прости, прости, прости…

У нас нет стоп-слова. Ты никогда не прибегла бы к нему… даже сейчас. Тебе больно, но ты пытаешься мне не мешать. Ты сдаешься и тихо плачешь… Я останавливаюсь.

Внезапный звонок мобильного телефона заставляет тебя вздрогнуть… Не выдерживая подозрительной настойчивости, я отхожу от тебя, чтобы посмотреть, кто звонит.
- Это твой муж.
- Плевать.
- Хорошо.

Дрожь в твоем теле странным образом передается моим рукам. Мгновение, и ремень оказывается на полу. Ты не видишь моей улыбки, но я рад, что тебе плевать на мужа… Ты стоишь на коленях, не шевелясь, боясь повернуться и спровоцировать меня тем самым на продолжение наказания.

«Нет, малышка. На сегодня с тебя хватит».

*********************************************************************

- Ты прекрасно готовишь. Признавайся, мама научила тебя, когда ты была еще ребенком?
- Нет, мама ужасно готовит. – Алина улыбнулась, вспомнив из детства мамину стряпню. – Папа когда-то заканчивал кулинарное училище. – Продолжила она, все также улыбаясь, - это его заслуга. – В ее голосе прозвучала нотка гордости за него. - В основном папа и готовил для всей нашей семьи. Мама ему только помогала.
- А у нас никто не готовил. Отец был слишком занят, а мама слишком далека от всего этого. Мы обедали в ресторане или заказывали еду на дом… Забавно, но с годами эта тенденция передалась и в мою взрослую жизнь.
- И ты совсем не умеешь готовить?
- Умею. Тушить мясо и жарить яичницу. Вот так, - он пожал плечами, - без каких-то особых изысков.
- Знаешь, мой отец был очень хорошим человеком. Не смотря на то, что он ушел от нас, когда мне было тринадцать…
- Ты любила его?
- Да. И я не виню его в этом. У матери очень сложный характер.
- Значит ты пошла в отца.
- Почему?
- С тобой легко. Конечно, в тебе есть некоторые странности, но с тобой удивительно легко общаться. Ты веселая, интересная. С тобой просто легко.
- Спасибо. Мне с тобой тоже легко и спокойно… очень… Как будто я…
- Что?
- Не знаю… Но мне очень хорошо с тобой.
- Малышка, – Михаил погладил Алину по щеке, взял за руку и, притянув девушку на себя, осторожно усадил ее к себе на колени. – Мне тоже хорошо с тобой. Кто знал, что все так получится…
- Послушай… - Алина взяла его руку и положила ее себе на грудь. – Ты творишь со мной что-то невообразимое. – Ее глаза невольно наполнились слезами. Она отпустила его руку и закрыла ладонями свое лицо.

Михаил прижал ее к себе, ничего не говоря. Алина обняла его, пытаясь успокоиться, но слезы все лились и лились из ее глаз до тех пор, пока Михаил не взял ее на руки и не отнес девушку в спальню… Алина быстро уснула, не успев даже сообразить, остался он с ней или нет…

- С добрым утром.
- С добрым. Сколько времени?
- Половина второго.
- Ого.
- Вчера мы поздно легли.
- Ты тоже лег со мной?
- Да. Я доделал кое-какие дела и лег вместе с тобой.
- Здорово.

Алина потянулась и села на постели, взяла у Михаила из рук сигарету и сделала пару глубоких затяжек.
- Ты ж не куришь.
- С того самого раза, как мы впервые…
- Я пагубно влияю на тебя, Алина.
- Ты хорошо влияешь… хорошо.

Алина улыбнулась и чмокнула его в щеку. Воспользовавшись моментом, Михаил забрал у нее свою сигарету и, приоткрыв ящик в столе, извлек из него ее сотовый телефон. Алина молча взяла его из рук Михаила и проверила все пропущенные вызовы и сообщения.
- Он приезжает сегодня вечером. – После немой паузы сказала она.
- Уже?
- Встречу с деловыми партнерами из Астрахани отменили.

«И ты не скажешь мне: постой… не схватишь за руку, не остановишь время. Ты холоден, от этого мне слишком тяжело… Я жду от тебя хоть какого-нибудь знака… едва уловимого сомнения во взгляде… или в неторопливых движениях рук… Нет, ты спокоен. Тебя ничто не тревожит… Через несколько минут я вернусь к мужу и опять стану примерной женой и матерью… Почему ты молчишь? Скажи мне хоть что-нибудь! Неужели мне показалось, и между нами нет ничего больше, чем секс? Жалкие отголоски дружбы… Неужели твой теплый взгляд – обман… пригрезившееся мне видение… Такое же случайное и такое же нереальное. Не молчи… прошу… Я больше не хочу возвращаться к нему».

- Цезарь болен? – С порога.
- Нет, я возила его на прививку.
- В девять вечера? – Раздраженно.
- Да. Я договаривалась о встрече со знакомым ветеринаром. Ириной. Ты ее не знаешь.
- Ладно. И что за прививка?
- От чумки. Сейчас эпидемия, лучше перестраховаться.
- Ясно.

Опрос окончен.

С некоторых пор Алина научилась врать быстро. Почти не раздумывая… Так охотнее верят. А поскольку Алина с детства была той еще фантазеркой, то научиться этому у нее не составило особого труда. Было бы желание… А желание было.

Алина открывает клетку и выпускает Цезаря на свободу. Цезарь довольный сразу же несется к миске… но только нюхает, ничего не ест. Потом начинает усиленно закапывать еду, царапая пол… Алина наблюдает за ним.
- Ты остаешься или как? – Слышится голос из гостиной.
- Конечно.

Алина разувается, снимает с себя ветровку и неспеша проходит в комнату. Женя сидит на диване и смотрит телевизор, краем глаза поглядывая на девушку. Алина садится рядом с ним и откидывается на спинку, положив ногу на ногу. Она вздыхает, пытаясь расслабиться, но у нее ничего не выходит… В воздухе между ней и мужем повисает тяжелое напряжение, и они оба это чувствуют… Алина смотрит на свою ногу, которая покачивается как будто в такт несуществующей музыке. Женя не смотрит на нее.
- Как дела на работе? – Спрашивает Алина в попытке хоть как-то разрядить обстановку.
- Так себе. Могло быть и лучше… Пара неподписанных договоров, куча ушедших из-под носа денег.
- Мне жаль.
- Ни черта тебе не жаль!

Нога Алины тут же замирает. Она сглатывает слюну и смотрит на Женю. Он смотрит на нее… Оба молчат… фоном работает телевизор. Через несколько секунд экран гаснет, Алина отворачивается, но все также чувствует на себе испепеляющий взгляд своего мужа. Она не выдерживает:
- Не смотри на меня так. Это ненормально.
- Ты весь день не отвечала на звонки. Вчера тоже. Скажи мне, это нормально?
- Нет. Я была не права.
- Чем ты занималась?
- Вчера работала. Сегодня спала. Ирина…
- Замолчи! – Женя резко вскочил и быстро вышел в прихожую.
- У тебя на все есть ответ, Алина. Ты молодец. – Послышался его голос уже из кухни.

В комнату Женя вернулся со своим чемоданом, суетливо открыл его и начал нервно там что-то искать. Алина испуганно наблюдала за мужчиной, не понимая, что он все-таки хочет показать ей… Наконец, Женя вынул какую-то папку и швырнул ее на диван.
– Ну а что ты скажешь на это? М?

Алина неосторожно открыла папку, и из нее тут же посыпались маленькие фотокарточки… ее и Михаила… вместе. Она ахнула и зажала рот рукой. Алина этого не ожидала.

Отойдя от первого шока, девушка присела на корточки и принялась собирать упавшие фотографии, стараясь не обращать внимание на Женю и как можно скорее спрятать от его глаз доказательство своей измены. В глубине души она была даже рада такому повороту событий… руки ее были спокойны, взгляд, казалось, лишь слегка напуганным… Женя стоял напротив нее, сжимая пальцы в кулаки и борясь с желанием, возникшим у него впервые в жизни… желанием ударить свою жену… Алина этого не замечала, она видела перед собой лишь кадры… кадры… много кадров. Она выглядела на них влюбленной…
- Друг, друг, друг… Друг, друг, друг… Как давно ты с ним спишь, Алина?

«IX часть»
8 июня 00:00

Что-то пошло не так, и когда на город опустилась полночь, и на улице стало совсем темно, Алина услышала собственный душераздирающий крик… Не боль, не обида, не ненависть… Ужас.

Алина выбежала на улицу. Казалось, она задыхалась. Ее легкие отказывались работать, сердце же работало на полную мощь.
- Нет! – Неосознанно сорвалось с губ девушки, и оцепеняющая тишина стремительно ворвалась в ее сознание.

В этот же момент серебристая девятка, которая проезжала мимо ее подъезда, остановилась. Из-за бокового стекла машины показалось лицо уже немолодого мужчины.
- Девушка, с Вами все в порядке? Девушка!

Но девушка не отвечала. Более того, она даже не смотрела на него. Седоволосый мужчина несколько раз посигналил… Наконец, Алина растерянно перевела взгляд с собственных рук в сторону автомобиля и посмотрела на человека, сидящего за рулем.
- Все в порядке. – Ответила она глухим, отреченным голосом. – Мне приснился страшный сон.

Ее губы с трудом изобразили подобие улыбки. Мужчина нахмурился.
- Точно? Не нужна моя помощь?
- Нет, езжайте.

Пока она прикуривала сигарету, мужчина уехал. Во дворе не стало ни души. Еще в одних окнах в доме напротив потух свет. Алина отошла от своего подъезда проверить, горит ли свет в ее окнах… Было темно.

Жаль… Она так теплила эту пустую надежду.

Алина докурила сигарету и медленно побрела вдоль своего длинного шестнадцатиэтажного дома… Где-то вдалеке залаяла свора бездомных псов…

«Странно. Когда-то я помогала им… А сегодня я убила человека».

Ее долго рвало… Болезненные приступы тошноты не отпускали Алину уже больше часа с того момента, как она вернулась в квартиру. Желчь… В воздухе неотвратимо повис запах смерти. Мертвый человек по-прежнему лежал в гостиной, и осознание этого с каждой минутой все острее отзывалось внутри девушки… Это действительно произошло.

В дверь кто-то постучал… Алина попыталась унять свой организм и прислушаться. Стук повторился… С трудом успокоившись, девушка все же смогла умыться. Человек за дверью не прекращал своей попытки попасть в квартиру… Сработал телефон. Алина с опаской взяла его в руки… Одно входящее сообщение:

«Если ты немедленно не откроешь дверь, то я вызову полицию».

Она быстро прошла через гостиную в прихожую и сделала то, что уже давно должна была сделать.
- Что случилось?
- Миш… - Тревожно начала она, не пуская мужчину на порог своей квартиры.

Не дожидаясь того, что Алина хотела ему сказать, Михаил отодвинул ее в сторону и сам вошел внутрь.
- Твою мать.

Женя недвижно лежал на полу в гостиной… Уже немного подсохшая кровь вокруг его головы и большая треснувшая ваза рядом с мертвым телом говорили достаточно многое о случившемся, но не отвечали на главный вопрос: Почему?
- Все произошло так быстро… - Ее голос дрожал, был быстрым, но отказывался быть внятным. - Мы ругались… я сказала, что ухожу от него… он начал угрожать мне… говорить, что никуда не отпустит… что скорее убьет меня, чем позволит уйти… начал распускать руки… сказал, что возьмет нож… я хотела просто его немного успокоить.
- Ты успокоила его навечно.
- Я не хотела! – Вскрикнула Алина, и ее начало трясти.
- Тихо. – Сквозь зубы приказал Михаил, пытаясь успокоить девушку.
- Я убила его!!! – Еще громче закричала она, не слыша его, и это уже была истерика.
- Тихо.
- Я не хотела! Я не знаю, как это произошло! Господи! Я убила! Я убила его!!!

Внезапная пощечина тут же отрезвила девушку. Она замолчала и испуганно посмотрела на Михаила.
- Тихо. – Повторил он еще раз крайне спокойно, хотя глаза его были напуганы не меньше, чем у нее.
- Прости… - Чуть слышно проговорила Алина и замерла, в ужасе глядя на него.

Михаил внимательно осмотрел девушку и нахмурился.
- Он тебя бил? Я не вижу, чтобы ты пострадала.
- Он угрожал мне. Он ударил меня несколько раз. Я не знаю… я перепугалась. Он никогда себя так не вел. Я пыталась защитить себя… я не хотела… не хотела…
- У тебя есть успокоительное?
- Да.
- Выпей и сядь, хорошо?
- Но…
- Выпей и сядь!
- Хорошо.

- Куда ты звонил?
- Одним ребятам. Они помогут нам.
- Но почему?
- Какая разница, Алина. Теперь он мертв.
- … Если б не Варя, я бы убила себя. Не знаю, как дальше жить с этим.
- Научишься.
- Не знаю, возможно ли научиться такому.
- … Его родители живы?
- Нет.
- Хорошо.

Алина закрыла лицо руками, скрывая слезы, которых, она знает, Михаил сейчас не одобрит. Она должна быть сильной. Он помогает ей. Она должна найти в себе силы держаться. Ведь ему самому нелегко проходить через все это.

Сегодня впервые Алина видела в его глазах страх и такую растерянность. Она все испортила… Несколько часов назад Алина потеряла дорогого ей человека по своей вине, и теперь его нет. И ничто уже не исправит случившегося… Если она хочет жить, ей придется смириться и научиться как-то не ненавидеть себя все оставшиеся годы.

Уже некоторое время они сидели вместе с Михаилом на кухне и ждали, когда приедут его друзья. Почти пустой пузырек с успокоительным одиноко лежал на столе возле четырех неспокойных рук. Михаил к нему так и не притронулся. Он очень сильно переживал, и Алина видела это. Но она не знала, как ему помочь и что именно ей нужно сказать и сделать, чтобы поддержать его сейчас… Она молча взяла Михаила за руку.
- Спасибо.

Он нахмурился и помотал головой.
- Не благодари меня за это.
- Ты спасаешь меня… уже во второй раз.
- Я просто не могу по-другому, Алина… Ты говоришь об этом, как о каком-то геройстве, но, на самом деле, это не так. Такие поступки не вызывают у людей восхищение. Я просто не могу оставить тебя с этим одну. У меня нет другого выбора… Но я уже хочу забыть обо всем этом, как о страшном сне.
- … Скажи мне, что я должна сейчас делать? Как мне тебе помочь?
- Бери ключи и уезжай.
- Но...
- Поспать, конечно, у кого-то из нас сегодня вряд ли получится. Да и вообще… – Михаил невольно усмехнулся, и Алина очень удивилась тому, как он в такой ситуации еще умудряется шутить. - Но завтра я буду ждать тебя на работе ровно в восемь. Не опаздывай.
- Но завтра же воскресенье…
- Мы в пятницу перенесли две операции. На 9 и 11. Неужели ты забыла?
- А.
- Алина, ты же сама составляешь расписание, как ты могла забыть!?

Девушка быстро кивнула головой.
- Я вспомнила… Извини.

И она правда послушалась его. Очень скоро Алина уехала, без единого возражения, успокаивая себя мыслью о том, что так действительно будет лучше, попеременно борясь с мыслью о том, что лучше будет, на самом деле, вскрыть себе вены и умереть…

В глубине души девушка все же знала, что она никогда не сделает последнего… Вот только бороться с этим желанием ей становилось час от часу все труднее…

Алина должна была уйти от мужа сегодня вечером… Когда все карты раскрылись – пришло время выбирать, и она почти не колеблясь набрала номер Михаила, сказав, что разводится с Женей… Они должны были встретиться и поговорить, как только она соберет свои вещи… Да, Алина была уже готова отпустить мужа из своей жизни… как опору, любимого мужчину, главного человека в своей судьбе… Начать новую жизнь. Ведь все равно рано или поздно все пришло бы именно к этому. Но она не желала зла Жене. Он был хорошим человеком, Алина прожила с ним почти девять лет и родила от него прекрасную малышку. Он стал ей, как брат… по-настоящему родной человек… Женя никогда не угрожал ей, но сегодня в нем как будто что-то переклинило. Алина знала, что муж любит ее, но, видимо, ее поступок его серьезно надломил… В юности у Жени иногда были проблемы с самоконтролем, поэтому он одно время ходил к психологу. Алина никогда не думала, что когда-нибудь станет его по-настоящему бояться.

Наверно, он бы ничего не сделал с ней. Просто не смог. Наверно, они бы остались хорошими друзьями и виделись по выходным и праздникам. Наверно… Так или не иначе, ничто уже не исправит случившегося, и волей неволей ей придется научиться со всем этим как-то жить.

С трупом пришлось немного повозиться. Очень кстати пришлись Михаилу его связи в морге. Подделать результаты судмедэкспертизы и вскрытия не составило особого труда. После, тело кремировали…
- Сердечный приступ.
- Сердечный приступ? – Непонимающе переспросила Алина.
- Сердечный приступ. И, Алина.
- Да?
- Ты должна научиться контролировать свои эмоции, понимаешь? Тебе еще организовывать похороны. Если кто-то что-то заподозрит, может быть все, что угодно. У тебя есть враги среди его друзей, родственников?
- Да нет. – Она пожала плечами.

Михаил задумчиво посмотрел на девушку.
- В любом случае будь готова к тому, что в его смерти кто-нибудь да начнет обвинять тебя.
- А если станут копать?
- Не раскопают. Не беспокойся.
- А…
- Не спрашивай меня как.
- Хм.
- Что хм? Ты поняла, что я тебе сказал?
- Конечно. Я буду стараться.
- Хорошо. Я очень на это надеюсь.
- … Я не разочарую тебя.

Все стало совсем по-другому. За такой короткий срок… Вернувшись в свой кабинет, Алина старалась не думать ни о чем и горстями пила успокоительное, чтобы хоть как-то держать себя в руках и заглушить душевную боль, которой просто некуда деться… Лишь бы продержаться как-то до вечера, а там попытаться уснуть… а там… снова не думать.

Нужно было работать… составить график операций на следующий месяц, распределить кое-какие финансы внутри больницы, ресурсы… И все это чисто на автомате с огромной головой, по которой как будто несколько раз ударили лопатой.

В середине рабочего дня в кабинет Алины зашел Михаил. Девушка тут же оторвалась от бумаг и растерянно взглянула на мужчину. Сначала она подумала, что он принес ей еще работы, но его руки были пусты. Михаил тихо закрыл дверь ее офиса на ключ, и Алина испуганно посмотрела на него.
- Ты же не собираешься…?
- Нет.

Она всегда подчинялась ему добровольно. Но неожиданно для себя Алина вдруг поняла, что даже если сейчас она захочет ему не подчиниться, у нее просто не будет такого права. Он может сделать с ней все, что угодно, а она будет выполнять все, что он скажет… как бы ей это не понравилось и как бы сильно она теперь не пожелала обратного.

Михаил подошел к Алине и отложил ее рабочие бумаги в сторону, забрал из рук девушки еще какой-то документ и бросил его в прочую кучу. Он не дал ей подняться с кресла, поэтому она продолжала сидеть и молча смотреть на Михаила, не понимая, что он собирается с ней сделать. Она почти не дышала и, затаив дыхание, наблюдала за всеми действиями мужчины.

Он взял с ее стола пузырек с успокоительным и повертел его в своих руках, читая название. Потом неодобрительно покачал головой, но все же вернул таблетки на прежнее место. Зазвонил телефон, но никто не обратил на него внимание… Через несколько минут вновь стало тихо.

Так ничего и больше не говоря, Михаил просто привлек измотанную девушку к себе, аккуратно обняв ее за плечи и прижав к себе, и позволил ей выплакать все то, от чего она так и не смогла избавиться вчера, когда осталась одна в его квартире.
- Ты справишься, слышишь меня? Ты справишься. Я не позволю тебе опустить руки и сдаться.

«X часть»
28 июня 15:00

Прошло 19 дней…

Алина думала, что ей никогда не станет легче. Но через некоторое время… стало. Ее дочь возвращалась из лагеря через два дня, и девушка малышку очень ждала. Алина не знала, как объяснить дочери все случившееся за последнее время в ее жизни, но она свято верила, что все-таки сможет оградить ребенка от горькой правды. По крайней мере, она сделает все возможное для этого.

- Алина.
- Да?
- Что связывает тебя с тем мужчиной, которого мы видели вчера на площади? – Ульяна внимательно посмотрела в глаза Алине, как будто пытаясь отыскать в них ответ на свой вопрос.
- Ничего. Он просто мужчина.
- Алина, - она нахмурилась и тяжело вздохнула. – Почему ты мне врешь?

Алина опустила глаза… в них промелькнула невыносимая грусть…

Она не оставалась в квартире у Михаила с той самой страшной ночи… После всего случившегося девушка все-таки решилась на то, чтобы попросить Михаила стать ее Хозяином… но он отказался. Постепенно мужчина предоставил ей полную свободу… перестал на нее давить… прекратил за нее решать. Он продолжал поддерживать ее, но сам как будто отдалялся.
- Я работаю на него. Он мой босс.
- Он странно смотрел на тебя вчера, Алина. Что между вами было? Не обманывай меня, скажи.
- Ничего. – Она подняла на сестру свои большие изумрудные глаза, стараясь выглядеть как можно невозмутимее, но сердце девушки предательски екнуло и упало в какую-то пропасть. Боль наполнила то, что осталось теперь вместо него.

Ульяна покачала головой и сжала губы, пытаясь подобрать нужные слова. Наконец, она сказала:
- Будь осторожна, Алина. Мне он показался опасным.

В новой квартире было очень светло и уютно, но Алина каждый раз с трудом заставляла себя зайти внутрь. Кроме Цезаря теперь там ее никто не ждал… Конечно, через несколько дней вернется Варя, и мир Алине покажется куда более оптимистичным и живым, нежели сейчас. Только вот сумеет ли восьмилетняя девочка залатать ей сердце?

Она почти не ела. В холодильнике лежали несколько яиц, пельмени и майонез. В основном, Алина заходила на кухню один раз утром и вечером, да и то только с одной целью: покормить кота. Шторы в комнате в любое время суток были занавешаны, основное освещение вообще не использовалось… Свет от ноутбука освещал ее руки, и временами ей хотелось завыть, глядя на них, но потом все проходило, и Алина спокойно продолжала печатать, уже не думая ни о своих пальцах, ни о той непоправимой ошибке, что они когда-то совершили… Все со временем проходит.

Она тосковала по Михаилу… безумно… каждой клеткой чувствуя его дыхание в себе. Он был с ней холоден и в тоже время мягок, и Алина не понимала, как он умудряется совмещать в себе и то, и другое одновременно. Михаил продолжал заботиться о ней, и девушка пыталась всеми силами вести себя разумно, но она нуждалась в нем, и каждый божий день Алина вспоминала об этом.

Она не понимала поведение Михаила и никак не могла его объяснить, тысячекратно проклиная свой воспаленный мозг за это. Когда Алина видела его, она старалась как можно чаще улыбаться и как можно больше молчать. Так она чувствовала себя более-менее нормальной… Алина опять стала его любимой младшей сестрой, и она очень хотела сохранить теперь хотя бы это.

Она больше не резала себя. Прошло семь дней, порезы на ногах почти зажили, а о новых Алина уже не думала. Она больше не рыдала ночами, просматривая старые фотографии, не упивалась снотворным, временами запивая его даже самым крепким алкоголем, не устраивала истерик на работе, выводя своими выходками из себя сотрудников и некоторых важных клиентов… Наверно, именно поэтому сегодня, когда Алина зашла к себе домой, она, наконец, смогла увидеть всю красоту этой небольшой, но необычайно-уютной квартиры… почувствовать ее тепло и какое-то по-особенному летнее настроение… улыбнуться ей, как своему другу. Она впервые раздвинула шторы в гостиной и тем самым, наконец, впустила свет в свою жизнь.

Но счастье было недолгим…

- Почему он не предоставил тебе отпуск?
- Не знаю. Я не думала об этом… Наверно, не посчитал нужным.
- Вот тебе на… У тебя умер муж. Что значит не посчитал нужным?
- Он уже заплатил за это свою цену.
- За это нельзя заплатить, Алина. Вспомни сама, как ты маялась первые дни. Еще неделю назад тебя можно было прямо из офиса увозить на скорой в больницу. Он ужасно поступил с тобой, а ты его защищаешь.
- Насть… - Алина начала и тут же немного замялась, подбирая нужные слова. – Просто так было нужно, пойми. – Попыталась уклончиво ответить она.
- По-моему, я единственная, кто в нашем дурдоме тебя понимает. Но объясни мне, пожалуйста, зачем ты вытерпела все это? Он так много денег тебе заплатил? Зачем? Не мог потерпеть без тебя две недели, месяц?
- Не знаю.

Какое-то время Алина молча смотрела в глаза своей участливой коллеге с работы. Она совсем не хотела ее обидеть, вот только участливость Насти уже порядком стала раздражать Алину.
- Между вами что-то произошло? Ну же. Расскажи. Он же поступил с тобой, как последний козел.

Да, Настя была чуть ли не единственной, кто оправдывал срывы девушки последние три недели, вот только вопросы ее в очередной раз поставили Алину в тупик, а ее неоправданные упреки в адрес Михаила добили изначальное дружелюбие девушки, и уже окончательно вывели Алину из себя.
- Слушай! Ты ничего об этом не знаешь. Ничего!

Она встала и начала убирать со стола чай и печенье, всего полчаса назад так любезно предложенные нежданной гостье. Потом забрала у нее и наполовину пустую кружку с еще горячим чаем.
- Тебе лучше уйти.
- Вот так значит, да? Как было плохо – Настенька, Настенька, как пришла в себя, так сразу – пошла вон.
- Ой, иди уже, а?

Настя осмотрела девушку с ног до головы и презрительно хмыкнула, даже не собираясь вставать.
- Все знают, что ты с ним спишь. Он так часто заходит к тебе, тут и объяснять ничего не надо. А ты строишь из себя святошу, хотя все… все видят, что ты влюблена в него по уши, а на своего мужа тебе, на самом деле, было плевать.

Настя специально сделала паузу, самодовольно улыбаясь и смакуя каждое сказанное ею слово.
- Вот вчера ты ушла, а перед самым закрытием приходила Елена Викторовна. Его жена, если ты не в курсе. Они опять ждут ребеночка. Счастливая… Ты бы ее видела. Она…
- Убирайся. – Сквозь зубы прошипела Алина, не дав Насте договорить, и, если бы та тут же не встала и не ушла прочь, Алина, наверно бы, вцепилась в нее голыми руками, настолько безумным и яростным был в тот момент ее взгляд.

Выгнав свою двуличную подругу, девушка, пребывая в гордом одиночестве, прорыдала над ее обидными словами почти два часа, а потом все-таки не выдержала, позвонила Михаилу и попросила его приехать к ней, как только он освободиться.
- Алина, что случилось?

Обеспокоенный мужчина появился на ее пороге уже через четверть часа. Он внимательно оглядел Алину и сразу же обо всем догадался. Трудно было не понять. Глаза девушки опухли и были красными, тушь подтекла, волосы немного спутались и теперь непослушно торчали в разные стороны, а футболка девушки смялась и была до сих пор влажной от ее слез… Не выдержав пристального взгляда мужчины, Алина смутилась и опустила глаза. Она еще не успела привести себя в порядок после того, как звонила ему.

Не дождавшись приглашения войти, Михаил сам ступил на порог ее квартиры, и Алина молча закрыла за ними входную дверь.
- Посмотри на меня.

Он подошел к Алине почти вплотную, взял ее лицо за подбородок и аккуратно приподнял его к себе… Она поддалась.
- Что случилось? – Повторил он еще раз более настойчиво.
- Ты… - Начала уже было рассказывать Алина дрожащим голосом, но тут же заплакала, так и не успев больше ничего произнести.

Михаил отпустил ее, ничего не говоря взял девушку за руку, и отвел ее на кухню.
- Будешь чай? – Спросил он, включив чайник и уже доставая кружки.

Она помотала головой. Михаил открыл холодильник и проверил его содержимое.
- Нет, так не пойдет. – Решительно сказал он и, еще раз оглядев Алину с ног до головы, спросил. – Какую кухню ты предпочитаешь больше: итальянскую или французскую?

Девушка равнодушно пожала плечами, и он выбрал французов.

- Почему ты так беспокоишься обо мне? – Успокоившись и поев, спросила она.

Алина сидела в комнате на краю своей постели, а мужчина тем временем убирал остатки еды со стола. Сам он почти не ел, но Алину заставил поесть основательно. Надо сказать, что блюда, которые он выбрал для нее, были приготовлены на редкость отменно и даже пробудили в какой-то момент в Алине аппетит. Похоже, Михаил знал, что заказывать, хотя они и редко говорили о том, что она любит.
- Как я могу не беспокоиться о тебе, Алина?
- Ну, у тебя скоро родиться ребенок… Зачем я теперь тебе?
- Что?

Михаил закончил с приборкой и сел рядом с ней. Мужчина был явно удивлен ее словами.
- О чем ты говоришь? – Непонимающе переспросил он.
- Я…

Алина замялась и заметно погрустнела, думая обо всем этом и не находя нужных слов. Он взял ее за руку и довольно мягко улыбнулся ей, поддерживая девушку и помогая ей тем самым продолжить начатое.
- Твоя жена беременна. Я думала, что значу для тебя… то, что между нами произошло… я хочу сказать… Я не думала, что это ничего не значит для тебя.
- Как же это типично для тебя… – Михаил огорченно вздохнул и слегка отстранился от Алины, отпустив ее руку и нахмурив лоб. - Ты так любишь делать выводы, не вдаваясь в суть вещей и даже не пытаясь обратиться к их источнику, а потом накручивать саму себя из-за этих дурацких выводов и обижаться на других… Тебе самой-то еще не надоело это?
- То есть ты хочешь сказать, что она не беременна, и вы не ждете ребенка? Сегодня ко мне домой приходила Настя и рассказала, что видела твою жену вчера на работе. И что у нее живот. – Голос девушки на последнем слове дрогнул, и губы Алины опять начали дрожать.
- Господи, Алина, ты не могла просто напрямую спросить меня? Если что-то тебя так волнует, зачем обращаться с этим к каким-то левым людям? Я тебя не понимаю.
- Она просто начала рассказывать мне… - Стало было оправдываться девушка.
- Я развожусь. – Резко перебил ее Михаил и встал.
- Что? – Удивленно переспросила Алина и тоже встала. – Почему?
- Алина, почему люди разводятся, как думаешь? Мы вместе уже четыре года, но между нами уже давно ничего нет.
- А как же…?
- Беременность? – Он невольно хмыкнул и улыбнулся. – Не моя заслуга.

В этот момент Алина почувствовала себя очень глупо. Она опустила свои глаза и напряглась. Ее брови нахмурились, а рот вместе с тем очень плотно сжался, не позволяя Алине больше сказать ни единого слова…

Казалось, время замерло и, смеясь, упало к ногам девушки. Ее разум на мгновение как будто парализовало и унесло далеко-далеко. Алина видела перед собой лишь гладкую поверхность пола, так безрассудно манящую ее к себе… Внимательный взгляд Михаила изучал ее и одновременно испытывал.

Ну и насколько тебя хватит, девочка? – Мысленно задала она вопрос самой себе и тут же с силой прикусила нижнюю губу, заставив себя сдержаться от внезапного порыва сейчас же упасть на колени перед мужчиной, так спокойно и невозмутимо наблюдавшим за ней все это время.
- Алина, – Михаил подошел к девушке и слегка приобнял ее, сократив своими действиями дистанцию между ними практически до нуля. – Я просто не хочу, чтобы ты изводила себя беспочвенными домыслами. Тем более, ты только более-менее оправилась от всего случившегося. – Он глубоко вздохнул и поцеловал Алину в затылок. – Не могу видеть, как ты страдаешь.

Голос у него был спокойным и искренним. От этого у Алины закружилась голова…

Ее руки мягко коснулись его спины и аккуратно обвили ее своим нежным сплетением… Внезапная близость его тела почти заставила Алину совсем растаять и улететь. Какая-то частица разума до сих пор кричала ей: Стой! Но сердце девушки отчаянно вырывалось из груди и безнадежно рвалось на растерзание его рукам… Самоубийца… Если бы Михаил вовремя не отстранился от нее, Алина точно бы сдалась и обнажила ему все свои мысли и чувства, не думая ни о последствиях, ни о той боли, что Михаил уже успел причинить ей своим отказом.

Перед глазами у Алины резко все помутилось. Измученная девушка еле стояла на ногах…
- Не бросай меня… - Короткая мольба вырвалась откуда-то из самой глубины ее подсознания едва уловимым человеческому слуху шепотом, но Михаил услышал его и успел подхватить Алину до того, как она окончательно ослабла и потеряла сознание.

Когда Алина проснулась, Михаил по-прежнему был рядом с ней. Он сидел на постели и под свет неяркого ночника увлеченно читал страницы какой-то неизвестной ей книги. Его лицо было серьезно и сосредоточенно. Мужчина не сразу увидел, что Алина открыла глаза, и какое-то время девушка продолжала тихонько лежать и молча наблюдать за ним… Она была так рада, что он остался.
- Ты не спишь? - Михаил заметил на себе взгляд девушки и отложил книгу в сторону.
- Я только проснулась.

Она придвинулась к нему ближе и положила свою голову на его колени. Руки Михаила ласково коснулись ее волос и через несколько секунд полностью погрузились в них… От удовольствия Алина закрыла глаза.
- Долго я спала?
- Часа четыре…
- … Спасибо, что остался со мной.

Алина вновь посмотрела на мужчину и теперь мягко улыбнулась ему, стараясь скрыть за своей улыбкой давно въевшуюся в нее грусть.
- Ничего. Мне все равно особо некуда спешить.
- … Где ты живешь теперь?
- В своей старой квартире.
- Куда мы с тобой…?
- Да.

Алина сразу же вспомнила те, казалось, уже далеко ушедшие времена, и ее сердце предательски сжалось. Она привстала и подошла к окну, за которым еще несколько часов тому назад было светло, так шумно и живо, а теперь как будто все безнадежно ушло, и во мраке ночи только едва различимо отражалось его лицо.
- О чем ты задумалась?

Михаил подошел к ней и повернул девушку к себе, пытаясь прочитать в ее глазах все то, о чем она сейчас думала…

Он знал Алину лучше, чем она могла даже предполагать, и это делало девушку очень уязвимой перед ним. Но все равно она продолжала отчаянно сопротивляться его попыткам разоблачить ее, вновь и вновь убегая от правды и от той боли, что ночами равнодушно резала Алину изнутри.

Ей было сложно подобрать слова… с каждой минутой сил на поиски становилось все меньше и меньше… Алина была уже не так уверена в том, что сможет сохранить свой секрет втайне от него.
- Ты думаешь, я тебя бросил? – Неожиданно спросил Михаил, не выдержав ее долгого молчания. – Скажи мне. Ты всерьез думаешь, что я отказался от тебя?

Он по-прежнему крепко держал Алину за плечи… его взгляд не отпускал девушку, настойчиво требуя от нее ответа на свой вопрос…
- Нет. – Сказала, наконец, робко она… практически вынужденно… просто потому что Михаил так хотел.
- Алина, Алина… - Мужчина расстроено помотал головой, – ты была изнуренной и слабой… Мне хотелось заботиться о тебе, жалеть и оберегать тебя, как маленького ребенка, но никак не мучить… Ты была и так сломлена, и я просто не мог… Понимаешь?

В голове у Алины все перемешалось… она уже не знала, где правда, где ложь… чувствовала себя, как загнанный в клетку зверь... Его зверь… гибкий и странный… подчиненный и обезволенный… заклейменный, но все же оставленный… Она так и не смогла от него убежать.
- Я люблю тебя…

Обличенная искренность так сексуальна в своей беспомощности… Страх обостряет все чувства… Желание убивает гордость… Разум окончательно ослабевает перед инстинктами, так долго находящимися взаперти и, наконец, вырвавшимися наружу…
- Возьми меня.

Его улыбка сводит Алину с ума… заставляет все ее тело трепетать. Ожидание… и сладкая мука… Откровенная похоть в его глазах…

******************************************************************

Так болезненно первое прикосновение после долгого воздержания… играюче-мягкое… властное, но спокойное… Я дрожу, не смея вмешаться в заданный тобой ритм, а ты продолжаешь ласково гладить меня по щеке.

Мое возбуждение усиливается и срывается тихим стоном с полуоткрытых губ… Я нарочно оставляю их слегка открытыми… Так я чувствую себя еще более уязвимой перед тобой.
- Хорошая девочка.

Твои пальцы нежно касаются моих губ… неспешно изучают их бархатистость и податливость… затем еще сильнее приоткрывают их… Я подчиняюсь им и позволяю тебе проникнуть внутрь моего рта… медленно и глубоко… Ты смотришь мне прямо в глаза… спокойно… Как же много ты можешь сказать без слов!

Первая пощечина оставляет долгожданный след на моей коже… Я вздрагиваю, и мое сердце начинает биться еще быстрее… Ты берешь меня за волосы и опускаешь на колени перед собой.
- Спасибо…
- Спасибо и все?

Ты немного отходишь, позволяя мне встать на четвереньки, опуститься на локти и пригнуться к твоим ногам.
- Давай! Покажи мне свою преданность.

Унижение раскрепощает меня… Мы оба знаем, что я могу это сделать… Сровнявшись с полом, я осторожно прикасаюсь губами к твоим ногам и теперь благодарно целую их, закрывая глаза и теряясь в смешанных ощущениях стыда и болезненного наслаждения…
- Посмотри на меня.

Я останавливаюсь и поднимаю на тебя свои глаза, не меняя своего положения и оставаясь по-прежнему на одном уровне с полом…
- Спасибо, Хозяин.

Слова сами слетают с моих губ… естественно и легко… Это то, чего мне так не хватало… принадлежать тебе.

******************************************************************

- Моя…

Первый удар ремня ложится на твою обнаженную попу и оставляет на ней чуть красноватый след… он пройдет… Второй… Третий… Я специально делаю паузы между ударами, давая тебе немного времени перевести дух. Сегодня ты ни в чем не провинилась, и я доставлю тебе максимум удовольствия, которое только может принести тебе порка.

Я хорошо чувствую тебя… чувствую твое тело. Ты доверяешь мне его, позволяя мне сделать с ним все, что я захочу, даже если для тебя это будет слишком.

Но сегодня тебе не будет чересчур больно или страшно. Сегодня я не нарушу твоих табу и не заставлю тебя перейти недопустимую грань. Сегодня ты будешь моей маленькой послушной девочкой, вновь обретшей своего Хозяина… Я позабочусь о тебе.

*********************************************************************

Я сама прошу тебя, чтобы ты взял меня за горло и надавил на него посильнее… Так, чтобы стало трудно дышать… невыносимо… до боли и мучительного наслаждения… до потери сознания… до этой маленькой смерти в твоих руках.

Все, что ты видишь перед собой – доверие в его обнаженной форме… безотлагательное и почти безумное, но по праву твое. Мне не страшно задыхаться, глядя в твои глаза. Вопреки инстинкту самосохранения, мне действительно хорошо.

Я сама стремлюсь навстречу твоим горячим пальцам, покорно подставляя им свою трепещущую плоть. Ты сдавливаешь мое горло еще сильнее, не давая больше кислороду поступать внутрь моих сжимающихся легких.
- Смотри на меня. Смотри мне в глаза.

Тебе нравится наблюдать за мной… видеть, как я страдаю, но получаю болезненное удовольствие от всего, что ты делаешь со мной, искусно и по-садистски страстно.

Наконец, я медленно ухожу, отдавая тебе свое сознание… последний проблеск ясности в моих глазах. Мое тело становится спокойным и очень тихим… беспомощным и легким. Ты знаешь, оно твое… ни секунды не сомневаясь в этом… Я твоя.

*********************************************************************

«XI часть»
19 июля 12:50

Прошло еще три недели…

Когда Варя вернулась, Алина не сразу призналась дочери в смерти ее отца. Сначала девушка сказала, что Женя просто уехал… Варя была далеко неглупой девочкой, и с каждым днем вопросов у нее становилось все больше и больше. Правда Алина всегда находила на них свой разумный ответ, но это ничуть не унимало ребенка, а напротив, кажется, раззадоривало Варю только еще сильнее. Она всегда была очень настырной девочкой, особенно когда ей так важно было о чем-то узнать.

Перемены никак не давали ребенку покоя… Новая квартира… Странное поведение Алины… Михаил. Его стало слишком много в их жизни… Он теперь часто приезжал к ним в гости, уделял много времени Алине, почему-то помогал ей и поддерживал ее… Варя внимательно наблюдала за отношениями своей мамы и ее старого друга… Очень скоро девочка сама стала понимать, что ее папа уже никогда не вернется…

Варя узнала об его уходе, когда внутренне уже практически смирилась с этим. Но все равно ей пришлось очень нелегко. Алина даже попросила у Михаила небольшой отпуск, чтобы поводить девочку к психологу, и Михаил сам дал ей номер своего знакомого специалиста.

Встречи пошли Варе на пользу. Они не только помогли ребенку справиться со своими эмоциями и легче пережить боль внезапной утраты, но и еще, на самом деле, очень сблизили девочку со своей мамой. На этих встречах Варя рассказывала обо всем… Так Алина узнала, что когда ее дочери было четыре года, она переживала сложный период в своей жизни и нуждалась в повышенном внимании со стороны родителей… Варя действительно засунула свою кошку в микроволновую печь, но сделала она это неосознанно. Девочка просто не понимала, что кошечка от этого умрет. Своей маме Варя соврала, потому что таким образом она пыталась преодолеть одиночество и стать к Алине ближе, впустить ее внутрь своей проблемы и растворить ее. Но Варя никак не хотела шокировать девушку. Просто в своем поступке она видела выход из ситуации, и тогда для нее это было правильно.

Варя всегда хорошо относилась к Михаилу, но первое время девочка очень сильно злилась на него и винила именно мужчину в смерти своего отца. Она не хотела видеться с Михаилом, не хотела, чтобы он приходил к ним домой… Только спустя почти три недели, Варя начала постепенно успокаиваться. Она поняла, как много значит для Алины этот человек. В конце концов, Михаил не сделал ей ничего плохого и всегда только защищал ее, был добр с ней и по-взрослому честен. Ее ненависть постепенно угасла, а обида прошла. Варя больше не хотела, чтобы Михаил исчезал из их жизни.

Сейчас Михаил был в командировке, четвертый раз за последние три недели. Весь этот период он почти не виделся с Алиной, но звонил ей каждый день, и девушка уже не представляла себе свою жизнь без него… Михаил был рад, что Варя, наконец, оправилась после всего случившегося и более-менее пришла в себя. Он обещал забрать Алину вместе с девочкой к себе домой, как только закончит со своими делами и вернется обратно в Москву… Алина с нетерпением ждала его приезда… 19 июля…

- Мам, я оставлю сегодня Варюшу у тебя?
- Конечно, милая. У тебя какие-то планы?
- Мы переезжаем ночью. Не хочу, чтобы она мешалась. Нужно упаковать много вещей.
- Как? Опять!?
- Да, мам… опять.
- И куда же теперь?

Ее мама была явно недовольна, Алина обреченно вздохнула.
- … К Михаилу.
- Алина, ты понимаешь, что это нехорошо. Ты только похоронила своего мужа, опомнись! Будет лучше, если ты…
- Мама. – Прервала ее девушка. – Позволь я сама буду решать, что будет лучше для меня и моей семьи.
- Для Вари? Ты и правда думаешь, что для Вари будет лучше жить у какого-то постороннего ей человека?
- Какой посторонний человек? О чем ты говоришь, мама? Ты же знаешь, сколько лет я знакома с Михаилом, и Варя знает его практически с пеленок. Он хороший человек, и я…
- Поумерила бы ты свои гормоны, девочка моя. – Перебила Алину женщина.
- Мама!
- Что мама?
- Я люблю этого человека.
- Что!?
- Я люблю его. И я счастлива с ним. Поэтому я переезжаю к нему.
- У тебя ведь еще совсем недавно был муж… а теперь он мертв…
- Но я-то по-прежнему жива.
- У меня в голове не укладывается…
- Поверь, у меня тоже… Но все же я не собираюсь теперь из-за этого ставить крест на своей жизни.
- Мама!!!

В комнату неожиданно вбежала Варя. Она держала в руках телефон, и довольная улыбка не сходила с ее лица.
- Мама! Дядя Миша привезет мне говорящего медведя! Пушистого и большо-о-ого. – Девочка развела руками в стороны, показывая размер мягкой игрушки.

Женщина быстро посмотрела на Алину. Она хотела что-то сказать, но передумала. Алина забрала у Вари свой телефон и вышла из комнаты.

Она очень скучала по Михаилу. Правда девушка редко когда показывала эму это, ведь сам Михаил тоже никогда не говорил ей о своих чувствах. Алина даже до сих пор не верила, что он в действительности хочет забрать ее с Варюшкой к себе. Он всегда был достаточно скрытным человеком, непредсказуемым и местами крайне сложным. Алина часто не понимала, что он к ней чувствует, но она очень хотела знать, любит ли он ее… Алина набрала номер его телефона, но скинула вызов, не дожидаясь длинных гудков… Все же она боялась спросить его об этом напрямую.

Сначала Алина хотела встретить Михаила в аэропорту, но сейчас эта идея показалась ей совершенно абсурдной. Она проверила время и прикинула, через сколько примерно приземлится его самолет. Нужно было занять себя чем-нибудь… Михаил обещал сам позвонить ей, когда освободиться.

Она оставила Варю у бабушки и уехала, не в силах больше выносить общество своей матери. Ее непонимание было для Алины ожиданным, просто девушка уже устала оправдываться перед всеми. Она с силой нажала на газ и поехала в сторону пока еще своего дома, желая как можно поскорее упаковать все вещи и покончить со своей старой жизнью… Не было уже ни сожаления, ни тоски. Прошлое перестало ее волновать. Будущее манило Алину к себе, дразня девушку и не давая ей ни минуты покоя. Так давно она этого ждала…

День, когда наклонности Михаила открылись Алине, до неузнаваемости изменил всю ее дальнейшую жизнь. А она даже не думала, что это настолько захватит ее. Да, Алина сходила с ума от желания, в одиночестве позволяя себе ненадолго забыть свой стыд и получить малую дозу извращенного удовольствия, но она даже не думала, что эта часть ее жизни окажется настолько важной для нее. Алина прожила с Женей почти девять лет, и все это время она думала, что живет правильно и что по-другому просто быть не может… и быть без сомнений не должно. Люди, которые окружали Алину, всегда все на редкость были очень традиционными: мама, их общие с Женей друзья, родственники, даже коллеги по работе. Они все, как один, были похожи на ее мужа, и ни один, как ни странно, не был похож на нее… но Михаил…

День, когда Алина случайно увидела флогер в его спальне, поставил под сомнение все, чему она верила раньше и чему так самонадеянно ее научили верить когда-то… Алина мысленно возвращалась к этому флогеру ночью, лежа в постели, когда ее муж уже спал и днем на работе, когда ее мысли были ничем не заняты и блуждали сами по себе, как им вздумается… Как же легко объяснила его жена эту странность: «Разнообразие в постели»… При этом не дрогнул ни один мускул ее лица. Она не смутилась, не попыталась себя оправдать. Лишь слегка улыбнулась, заметив нескрываемое волнение в глазах Алины и промелькнувший в них интерес… Лена сама закрыла дверь шкафа и, как ни в чем не бывало, продолжила рассказывать о своем гардеробе, демонстрируя платья и прочие наряды из соседнего отделения, который Алина и должна была сама только что открыть, но ошиблась… и с этого момента навсегда потеряла свой покой…

Алина подъехала к крыльцу своего дома и, оставив машину у подъезда, поднялась на пятый этаж. Хорошая квартира, только пустая, и в ней пролито уже слишком много слез. Новые жильцы должны будут въехать только на следующей неделе, но Алина освободит квартиру уже сегодня ночью. Так решила хозяйка жилой площади. Пожилая женщина не взяла с Алины никакой неустойки, даже вернула деньги за уплаченные наперед дни. Хотя они и договаривались, что Алина будет снимать квартиру где-то ближайшие полгода, женщина почему-то сама пошла ей на уступки, чему, конечно, Алина была несомненно очень рада… Ругаться ей сейчас совсем не хотелось.

Она взяла чемодан за дверью в маленькой комнате и принялась складывать в него свою одежду, снимая ее с вешалок в шкафу и постепенно освобождая полки.

Алина не думала, что все станет настолько серьезно. Ведь она просто хотела почувствовать то, о чем давно мечтала… еще с самого детства. Женя всегда был с Алиной очень нежен… даже слишком. Девушка не винила его в этом, ведь это ее склонности были странными. Она любила своего мужа, никогда не просила его сделать ей больно или хоть как-то надавить на нее. Алина знала, что он не поймет ее, и пыталась убедить себя в том, что все это не так уж важно… что и без всего этого она сможет прекрасно обойтись.

Тем не менее, каждый раз, когда Алина закрывала глаза и свободно предавалась своим фантазиям, она неизменно думала о человеке, который пришел бы и сделал с ней все это… заставил Алину, наконец, перестать стыдиться себя и своих желаний… Всерьез она никогда не задумывалась об измене, но и представить себе, как ее муж, такой добрый и порядочный человек, заламывает ей руки, бьет по щекам и заставляет ползать по полу, вымаливая у него прощение, девушка себе тоже не могла. Нет, нет. Он был слишком хорош для этого. Кто-то другой совершал с Алиной в ее воображении все эти странные, но неизбежно волнующие ее, манипуляции. Кто-то другой… не имеющий ни имени, ни адреса проживания… жестокий, холодный, властный… такой же извращенный, как она… или даже более того… более, чем она может вынести… боль… больше, чем она может терпеть, но готова учиться ради него и его удовольствия… садист… доминант… абстрактный образ идеального Хозяина…

И все бы ничего, но в какой-то момент вымышленный образ сменился реальным… с лицом, голосом и красивой улыбкой… и измена перестала быть просто далеким и отвлеченным понятием, не имеющим к Алине никакого отношения…

Цезарь запрыгнул на постель и вальяжно развалился на вещах девушки, устремив еще через секунду в ее сторону свой величественный взгляд.
- Цезарь, ну что это такое?

Котик равнодушно зевнул и потянулся, не обращая внимания на девушку и уже запуская свои коготки в ее шерстяную кофту.
- Ладно, ладно, все равно ее давно пора выкинуть.

Проигнорировав поведение Цезаря, Алина равнодушно отвернулась от него и спокойно продолжила разбирать свою одежду, раскладывая ее по разным кучкам и затем очень компактно убирая в чемодан…

После того, как Алина увидела флогер в спальне Михаила, она обшарила весь интернет в поисках какой-нибудь полезной информации об этом девайсе. Она, конечно, и сама догадалась, для какой цели он используется, но ей хотелось узнать больше… гораздо больше. Теперь она хотела знать все… И она узнала… и сама пришла в шок от того, что никогда не интересовалась этим.

Алина привыкла считать БДСМ отклонением, а всех практикующих его людей – больными на голову психопатами. Она и себя всегда считала немного сдвинутой... но только не Михаила.

Он легко воплотил ее фантазию в жизнь… Она сама спровоцировала его на это.

Первая попытка соблазнить… вторая… ей так нравилось строить из себя невинную девочку, которая искренне не понимает, какое воздействие оказывают на Михаила ее слова… и продолжать… продолжать… продолжать! Подбирать каждое слово… возбуждаться… сходить с ума… делать вид, что ничего не произошло. Заигрывать… дразнить… наблюдать… Но вовремя останавливаться… менять тему разговора… и ждать, пока Михаил сам не выдержит и не преступит запретную черту.

Их игры продолжались почти два месяца… Алина уже не верила, что между ней и Михаилом может что-нибудь произойти. Он отвергал ее уже однажды. И теперь отвергнет. Алина почти не сомневалась в этом. Тем не менее, ей не хотелось прекращать их отношения, обретшие такой яркий сексуальный подтекст. Ей нравилось это общение. Благодаря ему Алина чувствовала себя нормальной…

Все случилось в день рождения ее сестры... Надо сказать, именно в тот момент Алина совсем не ожидала этого. Последнее время она почти не флиртовала с Михаилом, много работала и возилась с ребенком. Ее голова была занята совсем другим. Она часто думала о муже… пыталась наладить свои отношения с ним…

Случайная встреча и короткий разговор… а через полчаса она уже ехала в машине Михаила и тряслась от возбуждения, словно впервые в жизни ей предстояло раздеться перед мужчиной и вступить с ним в интимную связь... Михаил сделал первый шаг… неожиданно, стремительно и резко. Тот день навсегда изменил Алину и заставил девушку практически полностью пересмотреть все свои взгляды на жизнь.

Все получилось совсем не так, как она ожидала… Да, Алина действительно собиралась изменить своему мужу. Она осознанно соблазняла Михаила, стараясь возбудить в нем недвусмысленный интерес. Ей было крайне важно понять, от чего она отказывается и что происходит между людьми во время такой близости. Но когда Алина, наконец, получила желаемое – ей стало по-настоящему страшно. Она не почувствовала себя удовлетворенной. Ей не стало легче или спокойнее. Наоборот, только хуже… хуже… хуже. Михаил дал ей то, в чем она так нуждалась, и Алина теперь не знала, как ей дальше без всего этого жить. Она думала о своем муже… Ей казалось, она любила его… Алина хотела остановиться, пока еще не стало слишком поздно… но не смогла…

Прошло еще два часа, пока девушка закончила паковать свои вещи. Она взяла все только самое необходимое, и, в итоге, у нее получилось три спортивные сумки и один большой чемодан… Михаил еще не звонил. Алина нехотя перекусила тем, что было в холодильнике, и, слегка подустав после достаточно продолжительных сборов, легла в постель в надежде немного расслабиться и вздремнуть.

Ожидание казалось ей безумно долгим и даже мучительным, но приятная трепещущая радость уже начала потихоньку зарождаться в ее сердце… ждать оставалось совсем недолго.

«XII часть»
19 июля, суббота 20:10

- Я хочу понять… что ты чувствуешь ко мне?
- Поехали. Я покажу тебе, что я чувствую… Через страх и боль. Это то, что я так хорошо умею и то, без чего ты больше не можешь жить.

*********************************************************************

Холодный металл приятно обжигает мою кожу, но пока не ранит ее, продолжая бережно исследовать каждый сантиметр хрупкого и уязвимого тела. Руки привязаны к столу. Ноги тоже. Я едва могу пошевелиться, но даже не пытаюсь этого сделать. Ты проводишь острием ножа вдоль моей шеи, чуть надавливая на нее, и спускаешься ниже, к моим возбужденным соскам, так призывно выступившим из-под хлопка белой футболки. Ты играешь с ними и слегка постукиваешь по ним, заставляя меня выгибаться и просить еще.

Страх просыпается постепенно… С силой потянув за ворот моей футболки, одним резким движением ты разрезаешь ее посередине и откидываешь края в разные стороны, открывая своему взгляду теперь уже ничем незащищенные грудь и живот.
- Не дергайся.

Нож острый. Я поняла это по звуку, с которым ты так легко и быстро разрезал довольно прочную ткань… Я закрываю глаза, пытаясь расслабиться и не думать об этом. Помогает… Дрожь в моем теле очень быстро утихает, я успокаиваюсь и начинаю дышать ровнее. Ты задеваешь мой живот и уходишь ниже, лаская внутреннюю часть моих бедер и постукивая по ней острой половиной ножа… сначала по одной, потом по другой стороне.

Моя дырочка сжимается, когда ты тихонько задеваешь ее через тонкую ткань трусиков… ненавязчиво… как будто совсем ненамеренно… очень мягко, но достаточно для того, чтобы это почувствовать. Сделав пазу, ты надавливаешь на нее уже ощутимо сильнее, настойчиво прижимая к мокрым плавкам холодный металлический нож. Через несколько секунд ты останавливаешься и убираешь руку.
- Еще… - Бесстыдно прошу тебя, выгибаясь, насколько мне только позволяют тугие веревки и подставляя тебе свою трепещущую от возбуждения плоть.
- Ты что-то сказала?

Ты ударяешь меня по ляжкам своей свободной ладонью… резко и жестко… но уже не собираясь подниматься вверх.
- Пожалуйста… еще… - Продолжаю умолять тебя я, пытаясь прогнуться как можно сильнее и уже совсем не думая ни о своей гордости, ни о той опасности, которую ты до сих пор умело держишь в своих руках.
- Ты думаешь, ты это заслужила?
- Позволь мне это заслужить…

Голос мой звучит искренне и кротко. Ты возвращаешь нож на мою промежность и прижимаешь его к ней, заставляя мой клитор самопроизвольно пульсировать и сжиматься. Я замираю, наслаждаясь этим желанным соприкосновением, и приглушенный стон удовольствия тут же срывается с моих губ. Ты смотришь мне прямо в глаза, почти не моргая, и как будто пытаясь загипнотизировать меня своим взглядом. У тебя это получается… Мне безумно хочется потереться о жесткую поверхность ножа, но я торможу себя, понимая, что это может быть довольно опасно. От того, что я сдерживаю себя, я возбуждаюсь еще больше… Ты самодовольно улыбаешься, наблюдая за мной, и у меня возникает ощущение, что ты читаешь все мои мысли.
- Какая же ты все-таки у меня шлюха.

Я собираюсь ответить тебе, но стоит мне только открыть свой рот, и ты тут же с силой зажимаешь его своей ладонью.
- Нет.

Я киваю тебе, хотя в этом и нет особой необходимости: говорить я все равно не могу… Нож аккуратно проникает под мои трусики и резко разрезает их по правому боковому шву. Я вздрагиваю и перестаю дышать. Ты еще плотнее сжимаешь мой рот своей рукой и прижимаешь холодное оружие к уже ничем незащищенной коже… самому уязвимому месту на всем моем теле.
- Не шевелись.

Ты видишь, как сильно забилось мое сердце, зрачки расширились, пальцы непроизвольно сжались в кулаки… Мне страшно, но ты продолжаешь по-прежнему улыбаться. Да… ты знаешь, я знаю… нас обоих это по-настоящему заводит.

Я не чувствую времени… твой взгляд опустошает и уносит меня… и я тону в этом безмолвном визуальном контакте, желая как можно больнее и унизительнее сдаться…

*********************************************************************

Ты ждешь, что я порежу тебя… волнуешься… но все равно так сильно хочешь этого… просишь меня взглядом. Твое тело полностью открыто передо мной, и я прекрасно вижу, как сильно ты возбуждаешься от всего, что я делаю с тобой сейчас.
- Люблю, когда ты такая мокрая.

Я полностью контролирую твое тело, заставляя тебя смириться с любыми моими действиями... Ты напряженно дышишь, следя за малейшими изменениями в движениях моих рук… Стонешь… почти плачешь… стараешься не шевелиться, но все равно дрожишь мелкой дрожью.

Иногда я убираю нож, заставляя тебя понервничать в ожидании внезапной вспышки боли, но затем снова прижимаю его обратно к тебе, вынуждая тебя мучиться от болезненного предвкушения и дальше… Ты очень боишься. Но ты так мне доверяешь. И ты так любишь боль…

Твой рот до сих пор плотно сжат моей ладонью… Еще через минуту я зажимаю твой нос, не отпуская рта и тем самым не давая тебе больше дышать. 5 секунд… 10… Ты ничего не можешь сделать, лишь испуганно смотришь на меня. 15… Нож почти не касается тебя, но все равно ты можешь поранить себя, и, допуская такую возможность, я убираю его еще немного дальше. Сегодня мне хотелось бы этого избежать. 20… 25… Твое тело напрягается и начинает подрагивать уже крупной дрожью. Ты была явно не готова к этому. 30… Твои глаза расширяются… ты мычишь и дергаешься, пытаясь освободиться, хотя все и тщетно. 35… 37… 40… Я убираю обе руки… Ты жадно глотаешь губами воздух, но твоя кожа цела…

*********************************************************************

Неожиданно ты разрезаешь веревки и освобождаешь меня. Я не успеваю ничего сообразить, а ты уже хватаешь меня за волосы и стаскиваешь на пол. Хорошо… Все равно я не могу стоять на ногах. Они занемели. Впрочем, как и мои ладони… Тащишь меня к стене. Еще одна моя опора. Знакомо…
- Поворачивайся!

Что-то новенькое, но сейчас ты не в том настроении, чтобы тебя об этом расспрашивать. Молча подчиняюсь. Разворачиваюсь к тебе лицом. Ловлю себя на мысли, что мне дико страшно. Я сбита с толку. Не понимаю, что ты задумал.
- Ниже.

Пригибаюсь к полу сильнее, опускаясь на локти и почти касаясь твоих ног, но все еще находясь где-то в стороне от них. Если нужно будет, ты скажешь…

И вдруг боль… пронзительная и острая. Что-то незнакомое, твердое и тонкое. Больше похожее на трость… хотя я понятия не имею. Никогда ничего не чувствовала на себе, кроме ремня и твоей ладони.
- Аааай!
- Терпи.
- Аааай! – Закрываю попу рукой и пытаюсь увернуться от следующего удара.

Ты недоволен, останавливаешься и концом трости приподнимаешь мое лицо к себе. Да… это действительно трость. Я видела ее раньше, когда гуляла по твоему дому одна… Не думала, что будет так больно.
- Прости, я буду молчать. – Почти шепотом извиняюсь я, до сих пор пытаясь отдышаться и прийти в себя от такой быстрой смены обстановки.

Твой взгляд пугает меня… тихо сглатываю свою слюну… чувствую вкус собственных слез на губах… этого еще не хватало. Вытираюсь. Мне очень стыдно, что я стала кричать и плакать уже в самом начале порки… Ты испытующе смотришь на меня, и я пытаюсь подобрать нужные слова, чтобы хоть как-то оправдать себя, но у меня ничего не выходит.
- Я буду молчать. Обещаю. – Виновато повторяюсь я.

Ты мне не веришь. Видимо, я слишком напугана.
- Мой Хозяин…

Внутри меня все переворачивается и сжимается от осознания собственной никчемности и беспомощности. Мне неудобно перед тобой. Я знаю, что ты хочешь меня высечь, и мне действительно нравится боль. Не знаю, почему я стала кричать… наверно, просто была не готова к таким сильным ударам.
- По твоим бедрам течет.

Ты прерываешь поток моих сумбурных мыслей, и у меня в голове сразу становится как-то пусто. Перед глазами только твой взгляд, который заставляет мое сердце бешено колотится.
- Да…

Я чувствую себя такой уязвимой и жалкой… но мне так хорошо.

Ты убираешь трость от моего лица, опускаешься на одно колено и проводишь пустой ладонью по моей щеке. Мои губы сами приоткрываются, когда ты касаешься их своими пальцами… дрожат. Ты улыбаешься… я держу свой рот открытым, но ты даже не собираешься входить.
- Ты покорная, пока тебе это нравится. Что-то новое всегда пугает тебя. Ты хочешь, чтобы тебе всегда было только хорошо. Но так не пойдет.

Ты делаешь паузу, перестаешь меня гладишь и несколько раз достаточно ощутимо ударяешь меня по лицу.
- Не забывай, где твое место. Ты должна слушаться меня, даже если тебе это не нравится. У тебя нет другого выбора. Я все равно буду делать с тобой то, что я хочу, а не то, что ты от меня ждешь. Так что смирись и не мешай мне.

Не в силах ничего сказать, я только киваю головой. Ты отпускаешь меня, встаешь и куда-то уходишь… Когда ты возвращаешься, я не сопротивляюсь, спокойно позволяю тебе связать мои руки за спиной и заклеить рот скотчем. Ты надавливаешь на мою поясницу, заставляя меня полностью лечь на пол. Я ничего не соображаю. Просто поддаюсь и на автомате делаю то, что ты говоришь. Ты тоже опускаешься рядом со мной на корточки и придавливаешь мои ноги коленом. Теперь я точно не смогу ни вырваться, ни закричать, даже если я этого очень захочу… Ты прав. Я должна слушаться тебя. Своим непослушанием я делаю себе только хуже. Теперь ты захочешь выпороть меня еще сильнее. Теперь мне придется еще дольше терпеть… Мне ничего не остается, кроме как закрыть свои глаза и смириться с тем фактом, что я была не права. В следующий раз я буду умнее. А пока…

*********************************************************************

Я дам тебе боли ровно столько, сколько ты сможешь вынести… по моему усмотрению и желанию, конечно. Тебе не всегда будет приятно, иногда ты будешь ненавидеть меня и мечтать вырваться. Но со временем успокоишься, научишься вести себя правильно и с благодарностью принимать все, что я буду делать с тобой и твоим телом… Ты сама выбрала этот путь. Ты мазохистка, но еще больше тебе нравится подчиняться мне, переступать через себя. Ты готова терпеть любую боль ради моего удовольствия… Никакого стоп-слова. Никаких табу.

Ты сжимаешься после очередного сильного удара, и я медленно провожу рукой по твоему телу, пытаясь расслабить его.
- Ты умница.

Я знаю, мой голос успокаивает и подбадривает тебя…
- Осталось совсем немного.

Мне повезло с тобой. Я рад, что именно мне досталась возможность мучить тебя. Твое тело всегда мгновенно отзывается на все мои прикосновения и иные способы воздействия… А, может быть, ты просто любишь то же, что и я?

Твои слезы…

Крики…

Твоя покорность…

Преданность…

Удовольствие…

Счастье в глазах…

Как я раньше без всего этого жил?

На какую-то минуту я становлюсь очень сентиментальным… Я уже практически закончил тебя пороть, ведь даже самые легкие и мягкие удары отдаются теперь в твоем теле достаточно ощутимой болью. В основном, я глажу тебя по спине и ягодицам, уже почти не прибегая к помощи трости… Наконец, я откладываю ее в сторону и развязываю твои руки… аккуратно отклеиваю со рта скотч. Ты мокрая… кто бы сомневался. Я тоже возбужден, но мои мысли никак не дают мне покоя… Ты замечаешь это:
- Что-то случилось?
- … Я рад, что ты попросила меня стать твоим Хозяином. Ты не пожалеешь об этом.

Ты улыбаешься и протягиваешь мне свои ладони. Я обнимаю тебя.
- Скажи мне, я смогла заслужить твое прощение?
- Конечно.
- Хорошо, я очень рада.
- Алина.
- Да?
- … Я люблю тебя.
- Спасибо…

Ты прижимаешься к моей груди и тихо плачешь. Я обнимаю тебя еще крепче. Ты вся дрожишь.
- Тебе спасибо, глупенькая.
- Я. Люблю. Тебя.

Каждое твое слово взвешено и хорошо обдумано. Уже во второй раз… Я понимаю, что нашел то, что давно искал… Мои поиски теперь могут быть закончены, а прошлое, наконец-то, останется в прошлом... Ты – настоящее. Мы… будущее.

*********************************************************************

Боль, смешавшаяся с удовольствием… удовольствие, смешавшееся с болью. Так или иначе, одно хорошо сочетается с другим… и, когда твои руки дарят мне эти эмоции, рисуя на моем теле произвольный узор, отпечаток твоей безусловной власти, я чувствую себя любимой, желанной и нужной… Я чувствую то, чего мне всегда так не хватало… абсолютную любовь.

© Мария

Отправлено:

Комментарии (3) Пинги (0)
  1. Уже второй рассказ здесь бросаю не дочитав. Хоть в них и описываются сцены БДСМ, но в одном описываются похождения садистки, которой наплевать на всех вокруг, а здесь переживания слабохарактерного ничтожества и ее как-бы “хозяина”, вторгшегося в чужую семью. В обоих случаях не соблюдаются элементарные правила, и персонажи совершенно не вызывают сочувствия и сопереживания.

    Популярный комментарий. +1 16 -1 4

  2. Прочитала на одном духу… всегда хотела так.. нежно-жестко… Чувствуется в авторе именно то- что надо… Но удручила сцена со смертью…

    Популярный комментарий. +1 8 -1 2

  3. Потрясающе написано, с таким же удовольствием читала только Софи Морган! Побольше бы подобных рассказов!

    +1 1 -1 0


Добавить комментарий

Нет обратных ссылок на эту запись.

Перейти к верхней панели